В детстве больше всего на свете я любила читать. Пока мои сверстники гуляли днями напролет, играли в компьютерные игры, влюблялись в старшеклассников, – я забиралась в уголок и ныряла в очередную книгу, забывая обо всем на свете.
Когда-нибудь, когда моя память станет как дырявое решето, еще не известно, что она сохранит более отчетливо: реальные события моей жизни, или приключения, которые я так искренне переживала; я не уверена, что когда-нибудь я не запутаюсь, вспоминая людей, которые мне встречались и тех, о чьей жизнью я жила, поглощая книгу за книгой. Они жили, страдали и любили, кажется, так близко, рядом со мной, что словно и вошли в мою жизнь.
Но самой яркой, запомнившейся и разделившей навсегда мою жизнь «до» и «после», стала одна книга, любимая и незабываемая. Та, что первой приходит на ум, когда кто-то спрашивает меня, есть ли у меня самая любимая. Есть.
Она начинается словами:
– А ты знаешь, старая Римская дорога до сих пор существует…
Разговор двух послушников в монастыре. Лето в разгаре, июль. Монастырь находится на речном островке, в хвойном лесу. По вечерам сквозь знаменный распев прорывается хор цикад. И вот таким сухим теплым вечером, после службы, сидя на толстом поваленном дереве и озирая безбрежные поля за рекой, два молодых послушника ведут беседу. Про старую Римскую дорогу.
А потом начинается путешествие. Главный герой, перед тем, как сделать серьезный жизненный выбор, решает осуществить детскую мечту: найти старую Римскую дорогу и пройти несколько станций. Когда-то по этой дороге шли толпы пилигримов, бродячих искателей истины. Шли они с запада на восток, как это принято, и на каждой станции остались еще часовни или руины храмов, где их когда-то встречали. Вершиной и целью был, по их поверьям, храм Гроба Господня. «Понятно, что до него уже не добраться, – говорит главный герой, – Но пару станций пройти хотелось бы».
Второй присоединяется за компанию.
История поначалу не спешит, события разворачиваются постепенно. Немного о прошлом попутчиков, чуть-чуть о времени, в котором все происходит. Пока они только ищут старую Римскую дорогу, почти ничего не случается: какие-то разговоры, воспоминания. Но смысл каждого диалога окажется ясен позднее, когда они, наконец, обнаружат следы этой странной дороги. То ли они вышли на нее, то ли нет; герои не в состоянии это понять без помощи извне. Появляются новые персонажи, события ускоряются. В какой-то момент повествование превращается почти в исторический квест, где герои блуждают в потемках, а чтобы найти ключ, открывающий дверь к свету, нужно пройти сквозь приключения и страх и обрести целостность. И вдруг оказывается, что и монастырь тот оставленный – не совсем монастырь. И дорога – не то, чем кажется. И ведет она не просто от станции к станции, а из настоящего в прошлое, в глубину, на дне которой – ключ познания, которое ищет каждая душа, рождающаяся на этом свете.
