В подъезде воет собака.
Мембраны железных дверей транслируют вой в квартиры. В них просыпаются недовольные и испуганные люди – взрослые и дети. Одни прячутся под одеяла, другие – ворчат и ругаются.
Часы во всех двадцати квартирах подъезда синхронно показывают половину третьего ночи. Время сладкого сна. Но только не сегодня. Кажется, своры свирепых собак изливают тоску на каждой площадке перед каждой дверью. Эхо играет звуками, усиливает их, переплетает, дробит и нагромождает друг на друга.
В трехкомнатной квартире номер девять на третьем этаже одновременно просыпаются Иван Петрович Задиров и его супруга Наталья.
Звериная тоска в подъезде усиливается.
Иван Петрович в трусах выходит в прихожую. Напряженно слушает. Пытается понять, что происходит в подъезде.
Зеркало на внутренней стороне входной двери отражает расплывающуюся фигуру сорокапятилетнего мужчины с покатыми плечами и отвислым животом. Задиров морщится и отворачивается от своего отражения.
– Это собака, – говорит Наталья.
– Ясное дело, – бурчит Иван Петрович.– Не корова же. Но чья?
– Соседка баба Шура, чокнутая, приваживает дворовых псин. Говорит собачкам холодно на улице. С вечера запускает их в подъезд. Прямо собачья мать Тереза.
– Это та что ли, которая у себя в квартире держит страшненькую дворняжку?..
– Ну, да… Собака у нее скандальная, как и она сама. Соседки говорят ей, что это твой пес на всех лает? А она: он не лает, а так разговаривает.
– Дурдом! – мрачно произносит Иван Петрович. – С утра планерка! Мне надо выспаться…
А вой в подъезде становится пронзительно отчаянным
Наталья сжимает ладонями виски:
– Это невыносимо!
– Утром позвоню в управляющую! – Задиров нервно шевелит пальцами правой кисти. – Ну я их разнесу!
– А что утра ждать… – Наталья не сдерживает раздраженья. – Звони прямо сейчас. И в эмчээс. И в полицию. Пусть посмеются… Если в подъезде нет ни одного мужика.
Иван Петрович опять морщится.
Кудряшки на голове Натальи нервно подрагивают. «Как же она сейчас похожа на капризную болонку», – думает Иван Петрович.
– Ну, сделай что-нибудь! Иван!
– Черт! – Иван Петрович уже в домашних джинсах и футболке шнурует на ногах зимние ботинки берцы. В них устойчивость хорошая и пинаться удобно. На всякий случай не помешают. Накидывает короткий пуховик, в котором обычно мусор выносит. На улице за минус двадцать пять. Значит и в подъезде не Ташкент. Шапку не одевает. Волосы на голове густые и кудрявые. Грех прятать.
Наталья наблюдает за мужем и ерничает:
– Рюкзак с едой не забудь.
– Надо сначала дверь подъездную открыть и подпереть чем-то, – старается не разозлиться Иван. – Эта тварь должна же как-то выйти на улицу. А то начнет метаться по этажам…
