Пробуждение в грязи
Голова раскалывалась так, словно внутри моей черепной коробки дюжина гномов с похмелья устроила чемпионат по художественной ковке. Каждое биение сердца отдавалось в висках глухим набатом, а во рту стоял такой отчетливый привкус меди и гнили, будто я накануне закусывал старыми монетами.
Я попытался открыть глаза. С первой попытки не вышло — ресницы слиплись от чего-то густого и засохшего. Наверное, от крови. Или от грязи. Судя по запаху, бившему в ноздри, я находился где-то между общественным нужником и свалкой протухшей рыбы.
С трудом разлепив веки, я уставился в серое, равнодушное небо, затянутое свинцовыми тучами. С неба капало. Мелкая, противная морось оседала на лице. Я лежал на холодных, неровных камнях, щедро покрытых скользкой слизью, в узком проулке между двумя покосившимися кирпичными стенами.
«Где я?» — эта мысль пронеслась в голове первой, но тут же натолкнулась на глухую стену.
Попытка вспомнить хоть что-то отозвалась новой вспышкой боли. В сознании мелькали какие-то рваные, бессвязные образы. Светящийся прямоугольник в руке... как он назывался? Смартфон? Гладкая черная дорога, по которой мчатся металлические коробки на колесах... Автомобили. Имя. Мое имя. Кажется, меня звали Денис.
Я зацепился за это имя, как утопающий за соломинку. Денис. Взрослый мужик, у которого была работа, квартира, какие-то планы на выходные. А потом... пустота. Темнота. И вот теперь я лежу в луже неизвестного происхождения и пахну так, что ко мне побрезгуют подойти даже бездомные собаки.
Я попытался опереться на руки и сесть. И тут же с ужасом уставился на свои конечности.
Это были не мои руки. Вместо привычных широких ладоней с коротко остриженными ногтями я увидел тощие, перепачканные сажей и землей грабли с выпирающими суставами. Запястья были настолько тонкими, что казалось, их можно переломить двумя пальцами. Рукава какой-то хламиды, заменявшей мне рубашку, свисали грязными лохмотьями.
Меня пробил ледяной пот. Я лихорадочно ощупал свое лицо, грудь, ноги. Никакого пивного животика, никакой привычной массы. Ребра торчали так, что по ним можно было изучать анатомию, а ноги в драных, хлюпающих башмаках больше напоминали спички.
Тело подростка. Истощенного, забитого подростка.
— Какого хрена... — прохрипел я. Голос тоже оказался чужим: ломким, сиплым, с непривычными интонациями.
И в этот момент в моей голове раздался мелодичный, слегка механический, но абсолютно четкий женский голос.
«Инициация завершена. Приветствую, Пользователь. Анализ состояния носителя: критическое. Диагноз: сотрясение мозга легкой степени, крайнее истощение, обезвоживание, авитаминоз, блохи (три вида). Прогноз: смерть от переохлаждения или голода в течение ближайших суток, если вы продолжите сидеть в луже и пялиться в пространство».
