В самом сердце небольшого старого города, продуваемого ветрами со всех сторон, находился Фонтан Желаний. Причем обосновался он отнюдь не на центральной его площади, как можно было бы подумать, и не на одной из его главных улиц, где вечно прогуливались местные парочки и приезжие зеваки. Даже не рядом с его торговыми рядами – центром скопления слухов и сплетен, равно как и основного досуга множества горожан.
Находился фонтан в одном из тупиков, каменном уличном кармане, обрамленном со всех сторон неприглядными жилыми двухэтажными домами, которым было уже не одну сотню лет. Как будто специально располагался он в таком месте, найти которое стоило бы трудов иноземному путнику, несведущему в местных обычаях и легендах. Да что там путники, не все горожане знали об этом рукотворном чуде. Но все равно, даже несмотря на это, народная тропа к нему не зарастала. Ведь, по преданию, фонтан этот мог исполнить все твои желания и мечты, стоило лишь сообщить ему о них да принести весьма скромное подношение.
Фонтан Желаний был сложен из крупных, тесаных серо-желтых камней, надежно подогнанных друг к другу. Размера он был небольшого, метра три в диаметре, а глубиной по колено, из самого его центра, из каменной гряды посередине, как из жерла вулкана, била вверх струя воды почти в человеческий рост. Что заставляло эту струю извергаться с завидным постоянством, какая сила или магия – оставалось загадкой. Как и то, сколько лет уже стоит здесь это сооружение и что было в начале – улица или фонтан? Но все сведущие знали – он здесь не просто так, постоянно обращаясь к нему с просьбами о лучшем будущем, да и с простыми бытовыми нуждами ходить не брезговали.
Мальчик приходил сюда регулярно. Каждый месяц, а иногда и чаще. Приходил, робко вставая чуть поодаль и наблюдая за остальными просителями, которые шли один за другим, иногда создавая возле каменной чаши целое маленькое столпотворение. Так он стоял, когда минут пятнадцать, а когда и полчаса, чтобы затем, в краткие минуты затишья, приблизиться к фонтану самому и загадать свое самое сокровенное желание. А оно всегда было одно и то же. После же в фонтан летела мелкая монета, неизменно – самого низшего номинала (бедность, однако). Ритуал был исполнен.
Мальчику было девять лет. Отец его был местным кузнецом, впрочем, видного места в своей артели он не занимал, а мать вела домашнее хозяйство да подрабатывала прачкой. В общем, семья его была самая заурядная, как и сотни других таких же. Дома его ждала миска похлебки, где плавали овощи и даже немного мяса, и ломоть хлеба, что тоже было не плохо. А получив деньги, родители баловали его сезонными фруктами и, реже, сладостями. По крайней мере, от голода они не помирали. Семья жила дружно и даже иногда – счастливо. Однако счастье было вещью приходящей, а соответственно – и уходящей. Непредсказуемое оно было, это счастье.
