Она шла по знакомой тропинке, и каждый шаг отзывался в памяти давно забытыми воспоминаниями. Высокие кованые ворота, увитые плющом, распахнулись перед ней без единого скрипа, словно ждали именно этого момента. Сумеречный Сад встретил ее ночной тишиной. Той особенной, звенящей тишиной, что бывает только в местах, хранящих тайны. Ветви деревьев словно склонились в приветственном поклоне. Тени их удлинились, превращая сад в лабиринт из черного бархата. Воздух наполнился ароматом лаванды — ее любимым запахом.
Она остановилась у первой аллеи и вдохнула влажный, чуть горьковатый воздух, пропитанный ароматом ночных цветов. Где-то в глубине сада тихо шелестела вода. Не то фонтан, не то скрытый ручей — и этот едва различимый звук был ей знакомым, родным. С каждым мгновением ей становилось все яснее, как она скучала.
Белые цветы, распустившиеся вдоль дорожки, мерцали в темноте, словно крошечные лунные огни. Она протянула к ним руку, и в тот же миг лепестки дрогнули, хотя ветра не было. В ответ в дальнем конце сада вспыхнул мягкий серебристый свет — короткий, как вздох. Гостья напряглась. Свет повторился, на этот раз чуть ближе. И между деревьями проступил силуэт старой беседки, увитой поблекшими розами.
В холле поместья царил полумрак. Пылинки кружились в лучах заходящего солнца, пробивавшихся сквозь высокие окна. Она остановилась, закрыв глаза и впитывая атмосферу родного дома.
Элоиза стояла на террасе, всматриваясь в силуэты поместья. Она наблюдала за фиолетовой луной, медленно скользившей среди облаков. Ветер едва шевелил тонкую ткань ее платья. И от этого ей казалось, что вечер сам тянется к ней, осторожно проверяя, не исчезнет ли она снова, как исчезала прежняя хозяйка.
Девушка не сразу заметила, что из глубины сада поднялся свет — слабый, золотистый. Словно кто-то зажег лампу в самой гуще тумана. Он дрожал между деревьями, скользил по мокрой траве и на миг задержался у старой беседки, где когда-то любила сидеть прежняя хозяйка. Сердце Элоизы сжалось: слишком уж знакомым показалось это мерцание, будто поместье само вспоминало ее шаги.
Она сделала полшага вперед, и пол террасы тихо отозвался под каблуком. В тот же миг из темноты донесся едва различимый звук — то ли шорох платья, то ли чужое дыхание. Элоиза напряглась, всматриваясь в сад
Внезапно воздух вокруг задрожал, словно от жара невидимого пламени. Двери на террасу сами распахнулись. В их проеме возникла высокая фигура в темно-фиолетовом платье... Ее силуэт был окутан серебристым сиянием. Облик поражал величием и мощью. Платье, расшитое серебряными нитями, мягко струилось, подобно воде. Платиновые волосы, прежде гладкие и блестящие, теперь были уложены в изысканную прическу, украшенную мелкими кристаллами, которые мерцали в унисон с ее движениями.
