КНИГА ВТОРАЯ. ПРИМОРСКИЙ. АНГЕЛ
1. Возвращение
10 января 1995 года. Серебряный Бор.
Утренний мороз щипал щёки. Алексей стоял на крыльце, сжимая в руке чашку с остывшим кофе. Чемодан уже стоял в прихожей. За спиной — восемь дней в Москве, три из которых решили всё. Впереди — восемь часов полёта и возвращение в реальность.
— Провожу до машины, — отец вышел на крыльцо.
Они молча спустились к «Мерседесу». Сергей Михайлович уже открывал заднюю дверь, но Алексей не спешил садиться.
— Пап, — сказал он, — можно тебя на минуту?
Отец кивнул. Сергей Михайлович тактично отошёл к капоту.
— Слушаю.
Алексей помолчал, собираясь с мыслями.
— Ты мне очень помог. Без тебя ничего бы не было. Ни документов, ни встреч, ни банкира. Ничего.
— Ты сам всё сделал, — возразил отец. — Я только открыл двери.
— Не только. — Алексей посмотрел ему в глаза. — Я вот о чём хочу попросить. Ты можешь мне прислать во Владивосток человека? Руководителя офиса.
— У тебя же есть Виктор Петрович.
— Виктор Петрович — бухгалтер. Он бумажки считает. А мне нужен другой. С боевым опытом. Из спецслужб.
Отец удивлённо поднял бровь.
— Из спецслужб? Зачем?
— Затем, что этот год будет очень нелёгкий. — Алексей говорил спокойно, но твёрдо. — У меня теперь восемьдесят миллионов. У меня пятьсот подопечных. У меня два своих зала и двадцать школьных. И у меня есть Балу с Волей, которые просто так не отступят.
— Думаешь, полезут?
— Думаю, попробуют. Сначала по-тихому. Потом, может, и открыто. Мне нужен человек, который понимает, как с ними разговаривать на их языке действий и противодействий. И который сможет построить систему безопасности так, чтобы нас не уничтожили или мы не превратились бы в банду.
Отец молчал, внимательно глядя на сына.
— Ты понимаешь, что просишь? — спросил он наконец. — Такие люди просто так не приходят. И они дорого стоят.
— Понимаю. Но если у меня есть восемьдесят миллионов, я могу позволить себе одного такого человека.
— Не в деньгах дело. Такие люди не за деньги работают. Они работают за дело. И за доверие.
— Значит, я готов это доверие заслужить.
Отец посмотрел на него и медленно кивнул.
— Хорошо. Я подумаю. Есть у меня один человек. Полковник в отставке. Работал в «наружке», потом в аналитике. Сейчас на пенсии, скучает. Может, согласится.
— Спасибо, пап.
— Не за что. — Отец усмехнулся. — Ты удивляешь меня, сын. В твои годы я думал только о девушках и о том, как бы быстрее взрослым стать. А ты думаешь о безопасности, о системе, о будущем города.
— Жизнь заставила.
— Вижу. — Отец обнял его. — Ладно, лети. Я позвоню, как договорюсь.
