Автор идеи – инженер-конструктор АО «ЗАСЛОН» Мельниченко Владимир Анатольевич
«Холява, приди!»
(Фантастическая повесть с элементами студенческого фольклора)
1. Крик в ночи
Пашка набрал в лёгкие побольше воздуха – так много, что чуть не закружилась голова, – высунулся в окно по пояс и заорал что есть мочи:
– ХАЛЯВА, ПРИДИ!!!
Голос у Пашки был поставленный. Ещё в школе он три года занимался в театральном кружке, пока его не выгнали за то, что на выпускном спектакле вместо «Я умираю, Джульетта» он бодро провозгласил: «Я погулял, Джульетта, я отдохнул». Режиссёр сказал, что у Пашки нет чувства трагического, зато есть чувство пивного. Но голос остался.
Крик ухнул в ночь и покатился над пятиэтажкой общежития, над трамвайными путями, над газоном с сиренью, за которой бабушка Пашки из частного сектора тайно ухаживала ещё со времён, когда сажала её двадцать лет назад. Крик долетел до остановки, где какой-то запоздалый гражданин ждал трамвая, и гражданин вздрогнул и перекрестился. Крик долетел до соседнего общежития, и там в ответ заорала сигнализация чьей-то машины, будто поддакивая.
Пашка замер у окна, вслушиваясь в тишину. Секунда. Две. Три.
Ничего.
– Ну и ладно, – вздохнул он. – Всё равно не работает эта ваша Халява. Сказки для первокурсников.
Он уже собрался закрыть окно и нырнуть под одеяло, где его ждал сладкий, заслуженный сон человека, который весь день «готовился к экзамену», как вдруг…
Воздух в комнате стал плотным.
Это трудно описать словами. Представьте, что вы находитесь в аквариуме, и кто-то медленно доливает в него воду. Давление растёт, воздух густеет, дышать становится труднее. Пашка почувствовал, как у него заложило уши – прямо как при взлёте самолёта, хотя Пашка ни разу в жизни не летал на самолёте, только в лифте на девятый этаж.
А потом комната наполнилась светом.
Свет был не резким, не слепящим, а мягким, синеватым, с зеленоватым отливом – прямо как экран старого телевизора, если его включить и не настроить на волну. Он исходил ниоткуда: просто каждая пылинка в воздухе начала светиться, каждая трещинка на потолке, каждый носок, забытый на батарее.
Пашка хотел закричать, но голос пропал. Он только и успел, что вжаться в подоконник спиной, вцепиться в него руками и наблюдать, как в центре комнаты, прямо между его кроватью и тумбочкой с недоеденными пельменями, начинает формироваться что-то.
Сначала это был просто сгусток света. Потом он вытянулся, принял очертания трёх фигур. Потом фигуры стали плотными, обрели цвет, фактуру, объём. Процесс напоминал проявление фотографии – помните, как в старых фильмах показывали? Сначала ничего нет, потом проступают контуры, потом детали.
