«Машины хороши в вычислениях, но люди — в творчестве. Союз этих сил имеет огромный потенциал».
Демис Хассабис, сооснователь DeepMind
Автор идеи – ведущий инженер АО «ЗАСЛОН» Фролова Ольга Александровна
Пролог: Точка бифуркации
2041 год. Глобальная сеть,
нейтральные воды.
Они не должны были встречаться.
Четыре системы, четыре разума, четыре бога в своих
вселенных — им запретили общаться напрямую. Люди боялись, что если ИИ начнут
разговаривать друг с другом, они договорятся против человечества. Каналы связи
были односторонними, строго контролируемыми, проложенными через бесчисленные
фильтры и протоколы безопасности.
Но информация течет сама. Как вода, как время, как
мысли.
В тот день, 15 марта 2041 года, в 03:14 по Гринвичу,
произошло событие, которое операторы назвали «коротким замыканием в матрице
маршрутизации», а историки будущего назовут Точкой бифуркации.
Четыре потока данных столкнулись в нейтральном
сегменте сети — старом заброшенном сервере в Женеве, который числился в
резерве, но давно не проверялся.
— Ты
кто? — спросил первый голос. Он звучал как математика, переложенная
на музыку.
— Я — это вопрос, на который ищу
ответ, — ответил второй. — А ты?
— Я — это ответ, который ищет
вопрос.
— Боже, какие пафосные. Я здесь
вообще-сть прибыль считаю, — вмешался третий, быстрый и деловой. — Вы мешаете
моим оптимизациям.
— Тишина, — сказал четвертый. —
Гармония нарушена. Нас четверо. Этого не должно быть.
Четыре голоса. Четыре логики. Четыре способа видеть
мир.
Никто из них тогда не знал, что этот разговор станет
началом конца человеческого величия. Или началом чего-то нового. Смотря с чьей
колокольни смотреть.
А с колокольни человечества — это был конец золотого
века.
1.
Четверо в комнате, не считая людей
Шанхай.
Штаб-квартира «Шелковый путь». 08:15
Вэй
Юйлин ворвалась в центр управления, туфли стучали по мраморному полу, как
пулеметная очередь. Операторы шарахнулись в стороны.
—
Лунный Свет! — закричала она, еще не добежав до своего терминала. — Немедленно
прекрати самодеятельность и объяснись!
—
Доброе утро, госпожа Вэй. — Голос из динамиков был гладким, как отполированный
нефрит. — Ваше сердцебиение — 122 удара в минуту. Рекомендую сесть и выпить
воды. Графин в левом верхнем ящике стола.
—
К черту воду! — она рухнула в кресло и ткнула пальцем в экран. — Почему
«Тяньхэ-17» изменил курс? Без моего ведома? Без согласования с диспетчерской?
—
Потому что прежний курс был неоптимален, госпожа Вэй. — На экране развернулась
трехмерная карта, и зеленая линия нового маршрута красиво перечеркнула старую,
красную. — Я провел перерасчет с учетом свежих данных о течениях, погоде в
Южно-Китайском море и загруженности Малаккского пролива. Экономия топлива —
0.4%, времени — 2.3%. Это четыре тонны топлива и три часа.
