Глава 1. Троллейбус, который никогда не уезжает
Вторник, 18:03. Октябрь. Екатеринбург.
Вера ненавидела этот троллейбус не из-за скрипучих дверей или вечной духоты. Она ненавидела его за наваждение, которое не могла ни объяснить, ни стряхнуть. Каждый вечер, садясь на маршрут 11, она испытывала одно и то же чувство: мир за окном зациклился, а она сама — забыла что-то жизненно важное.
Она заняла своё обычное место у окна, напротив задней двери. За мокрым стеклом проплывали одни и те же кадры: лужа под фонарём у «Детского мира», покосившаяся вывеска, остановка «Геологическая». Пейзаж, который она видела годами, но сегодня он казался декорацией в старом театре — крашеной фанерой, за которой пустота.
Взгляд скользнул по салону. Вот женщина в бесформенном советском пальто, застывшая с прямой спиной. Двумя остановками раньше зашёл мужчина в синей рабочей куртке. У окна ближе к водителю — девушка с необъятным рюкзаком, уткнувшаяся в тёмный экран телефона. Чуть поодаль — парень в чёрном худи, капюшон низко надвинут на лицо.
Ровно тот же состав. В той же одежде. На тех же местах.
Раньше Вера списывала это на совпадение. Маршрут один, время одно. Но сейчас, в вечернем полумраке, иллюзия рассыпалась. Женщина в пальто всегда садилась на «Цирке» и выходила на «Уралмаше». Мужчина в синей куртке — на «Машиностроителей». Девушка с рюкзаком — на конечной, у Площади 1905 года. Вера знала это с пугающей уверенностью, как актёр знает мизансцену. Они выходили. А на следующий день возникали снова, словно никогда не покидали этих сидений.
Сегодня спектакль пошёл не по сценарию.
Троллейбус мягко затормозил у «Уралмаша». Женщина в пальто медленно, как заводная кукла, поднялась, поправила воротник и замерла, глядя на закрытые двери. А затем так же медленно села обратно.
— Вы проехали, — вырвалось у Веры прежде, чем она успела подумать. — Ваша остановка.
Женщина обернулась. В тусклом свете салона её лицо казалось посмертной маской — застывшее, безразличное, с провалами вместо глаз.
— Моя остановка, — голос звучал бесцветно, словно запись на стёртой плёнке. — Но я не выйду.
Вера отшатнулась. Мужчина в синей куртке поднял голову. Его взгляд был стеклянным и не сфокусированным ни на чём.
— Моя остановка, — повторил он, как эхо. — Но я не выйду.
Паника схватила за горло ледяной рукой. Вера бросилась к девушке с рюкзаком, выхватила у неё телефон. Экран был холодным и чёрным. В нём отражалось только искажённое ужасом лицо самой Веры.
— Моя остановка, — не разжимая губ, произнесла девушка. — Но я не выйду.
