Массивная красная броня «Монолита-5» при работе реактора сильно нагревалась (особенно в районе корпуса), так что падающий снег даже не успевал приближаться к машине, тая где-то в полуметре от него. Двухсотметровый гигант был будто окружён невидимым куполом, защищающим его от падающих снежинок, и делал шаг за шагом по широкой пустой трассе, приближаясь к Ивделю.
– «Монолит-5», сзади гражданский, аккуратнее, приём, – доложил диспетчер через шуршащий динамик.
Сидоров, взяв с панели рацию, поднёс её ко рту.
– Принял, снижаю скорость.
Сверился по радарам, где примерно относительно его ног находится движущаяся машина, и немного замедлил ход. Гул реактора чуть утих, когда «Монолит-5» обогнала белая «Волга». Водитель объезжал механта чуть ли не по обочине дороги, чтобы случайно не попасть под ноги, каждая из которых могла бы превратить машину в блин толщиной с бумагу.
Ивдель постепенно становился ближе, уже различались высокие технические сооружения завода «Ивдельмаш», куда Сидоров уже несколько долгих часов вёл механта. Кабина за это время успела нагреться настолько, что с него градом катил пот – сложно представить, какое пекло было в реакторном отсеке. Привыкший к таким температурным нагрузкам Юрий Сидоров, однако, даже не замечал жары, от которой другому стало бы дурно.
Сжимая рычаги штурвала, он изо всех сил пытался осознать: это, скорее всего, его последнее пилотирование.
– «Монолит-5», приготовиться к стыковке, приём.
Внизу вокруг и до самого горизонта – серые леса, припорошённые ноябрьским снегом, окутавшие крохотный городок, который только-только просыпался. Сидоров смотрел невидящим взглядом куда-то вдаль, вспоминая, как он в первый раз зашёл в эту кабину много лет назад, и какая гордость его пробрала. Отец мог бы им гордиться.
А теперь что?
– «Монолит-5», повторяю, приготовиться к стыковке, приём.
– Слышу, Серёжа, приём. Предохранительные клапаны сняты с блокировки.
Сидоров дёрнул тумблеры на панели вверх и вдавил выскочившую квадратную кнопку. Кабина зашипела задвижками. Как только «Монолит-5» вошёл на полигон и подставил квадратную голову к специальному шлюзу на верхушке технической башни, Сидоров вытащил повернул ключ зажигания и вытащил из панели. Взвесил в руке, ещё раз посмотрев на небольшую металлическую резную головку с прикреплённой биркой «05». Этот ключ был цилиндрической формы, испещрённый вязью тонких прорезей по всей долине, вплоть до круглого основания.
– Стыковка завершена, контуры замкнуты, приём, – доложил он в рацию.
– Понял вас, «Монолит-5». Запрашиваю разрешение на съём кабины.
