Глава 1. Я очнулась в теле девушки, которую готовили не к свадьбе, а к сдаче врагу
Я пришла в себя от чужого плача.
Не своего — тонкого, сдавленного, как будто кто-то рыдал уже давно и теперь просто задыхался от усталости. Несколько секунд я не понимала, где нахожусь. Перед глазами дрожал тяжелый полог темно-винного цвета, над головой нависал балдахин, воздух пах воском, лавандой и чем-то металлическим, неприятным. У меня ломило виски так, будто я перед этим ударилась головой о стену, а тело было странно тяжелым, не моим.
Я резко села — и мир качнулся.
— Миледи!.. — вскрикнули рядом.
Я повернула голову и увидела девушку в сером платье и белом чепце. Она стояла у кровати с таким лицом, словно покойница вдруг решила встать и лично испортить всем день.
Я открыла рот, собираясь спросить, где я, но горло сжало так, будто я проглотила песок.
Комната была огромная, чужая, холодная. Каменные стены. Узкие окна. Тяжелая мебель из темного дерева. У стены — ширма, у камина — кресло с вышитой спинкой. Это не было похоже ни на больницу, ни на квартиру, ни вообще на любое место, где я могла оказаться после…
После чего?
Память ударила резко.
Фары. Визг тормозов. Мокрый асфальт. Свет, летящий прямо в лицо.
Я шла через дорогу на зеленый. Помню злость из-за разряженного телефона, дождь, скользкий край тротуара, а потом — сигнал машины, удар и темноту.
У меня перехватило дыхание.
— Что… — хрипло выдавила я. — Что происходит?
Девушка побледнела еще сильнее.
— Миледи, не надо так шутить. Пожалуйста. Уже скоро придут.
— Кто придет?
Она моргнула так быстро, будто не поняла сам вопрос.
— За вами. Чтобы одеть вас к церемонии.
Меня пробрал холод, хотя в комнате топился камин.
— К какой еще церемонии?
На этот раз девушка отступила на шаг. В ее взгляде мелькнул настоящий страх.
— Миледи… к свадьбе.
Я смотрела на нее и не понимала ни слова. Точнее, слова были понятны. Непонятной была реальность. Я подняла руки к лицу — и замерла.
Это были не мои руки.
Они были тоньше. Белее. Пальцы длиннее. На безымянном правой руки виднелась тонкая полоска зажившей царапины, которой у меня никогда не было. Ногти были ухожены, но обломаны на концах, словно их недавно с силой грызли.
Сердце ударило в горло.
Я сползла с кровати так резко, что босые ноги обожгло холодом каменного пола, и почти бросилась к высокому зеркалу у стены.
Там была не я.
Мне понадобилось несколько секунд, чтобы это принять. Несколько страшных, вязких секунд, в которые мозг пытался зацепиться за мысль, что я сошла с ума, что это сон, бред, галлюцинация после аварии — что угодно, только не правда.
