Глава 1. Пробуждение в чужом теле
Первое, что я почувствовала, — запах.
Не кофе, не утренней пыли на подоконнике и не привычного кондиционера в офисе. Пахло воском, сушёными травами и чем-то тяжёлым, вроде старого дерева и лаванды. Так пахнет бабушкин сундук, который я не открывала лет десять.
Второе — холод. Не тот, что от кондиционера. Настоящий, простывший, идущий от каменных стен куда-то в кости.
Я открыла глаза.
Потолок был высокий, сводчатый, с лепниной по краям. Не мой потолок. Не моя комната. Не мой мир.
Я лежала на огромной кровати под балдахином из тёмно-бордового бархата, и одеяло на мне было тяжёлым, как чугунная плита. Руки — не мои. Тонкие, бледные, с длинными пальцами и идеальным маникюром, которого у меня никогда не было. На безымянном пальце — кольцо. Массивное, с тёмным камнем.
Так. Спокойно. Ты, наверное, просто переработала.
Я села. Голова закружилась, и я схватилась за резную спинку кровати. За окном — серое небо, голые ветки, башни замка вдалеке. Не Москва. Даже не Россия.
На тумбочке лежала книга. Толстая, в кожаном переплёте, с золотым тиснением. Я потянулась к ней — и замерла.
Название я знала. «Холодный герцог». Тот самый любовный роман, который я скачала в электронку три дня назад, чтобы отвлечься от отчётности. Прочитала запоем, за одну ночь, а утром думала: ну и дура эта Элиана, надо было просто сбежать.
Элиана. Героиня. Жена герцога. Которую он убивает в конце третьего акта.
Я открыла книгу на первой странице. Почерк — мой, но не мой. Ровный, каллиграфический, с завитушками. Дневник. Запись от вчерашнего дня:
«Он снова смотрел на меня так, будто я — пустое место. Я не знаю, что сделала не так. Я стараюсь. Я всё делаю, как он велит. Но, кажется, он всё равно меня ненавидит».
Я перевернула страницу. Ещё запись. Ещё. Все — о муже. Холодном, жестоком, невыносимом. О герцоге Ксавьере Рейнхарде.
Стоп. Стоп-стоп-стоп.
Я отбросила дневник и вскочила. Ноги — не мои — подкосились, и я упала на колени перед туалетным столиком. В зеркале отразилась девушка. Бледная, с тёмными волосами, рассыпавшимися по плечам, и серыми глазами, в которых застыло недоумение. Красивая. Не я.
— Нет, — прошептала я. — Нет-нет-нет.
Я ущипнула себя за руку. Больно. Ещё раз. Больно.
Это не сон.
Я медленно поднялась, держась за столик, и посмотрела на своё отражение. Двадцать с чем-то. Моложе меня на десять лет. Тонкие черты, чуть заострённый подбородок, тёмные круги под глазами. Уставшая. Запуганная. Элиана.
Я — Элиана. Жена злодея. И через три месяца меня убьют.
Меня затрясло. Настоящая, животная дрожь, от которой зубы стучат, а руки не слушаются. Я вцепилась в край столика, заставляя себя дышать. Вдох. Выдох. Вдох.
