Криуфское болото. «Гордая башня»
Вмиг входная арка закрылась сплетением каких-то жирных, неясно откуда взявшихся растений, отчего в помещении стало темнее по меньшей мере в два раза. В просветах верхних арок мелькнули чьи-то силуэты.
Верховная шаманка, грозная лицом и вся напряженная, шустро ретировалась к своим. Жак-ви схватил Сарину и Дол-жи и отступил с ними к части стены, свободной от леших и болотянников. Хром, злобно глядя вверх и закрывая бородатого принца грудью, повторял каждый его шаг и движение. Все прижались к стенам.
Только избранник Стросс, напротив, пробежал чуть ли не до середины помещения и выкрикнул жителям сырых земель:
– Объяснитесь! Ну же!
По направлению к нему из безопасной зоны, кое-как прикрываемые воинами, вышли две шаманки.
Свист новой стрелы – и тут же убит белобородый избранник…
Болотянки и болотянники отскочили обратно.
– Они стреляют только в наших – это не бунтари! – закричал Отс. – Шаманка устроила нам засаду!
Другой избранник подбежал к закрытому входу и попытался расколдовать растения, но потерпев неудачу, прислонился к ним лицом и отдал приказ воинам за пределами башни:
– Это ловушка! На балконе лучники! Заберитесь туда на лианах и расправьтесь с ними! Защищайтесь! Сражайтесь! – сказал он последние слова и почему-то не стал возвращаться к соотечественникам вдоль стены, как было бы безопаснее, а притопил глазные точки, скрючился, побежал к лешим напрямую… И был застрелен в спину очередным пущенным сверху снарядом.
Болотянники на ломаном общем языке заголосили, что не имеют к выстрелам никакого отношения. Снаружи зазвучала битва. Она росла, а когда добралась и до верха, до балкона, то переставшие бояться стрел клевумы выступили ближе к центру помещения.
Бо́льшая часть древеснокожих воинов и телохранителей, приготовив оружие к бою, побежала на болотянников. В башне тоже началась сеча.
Даже Хром, оценив внимательным, но быстрым, всюду прошедшимся взглядом уровень безопасности людей, дернулся было колотить своей палицей криуфчан, но Жак-ви удержал его.
Сарина, словно заразившись от Фотраса тем странным, измазанным чем-то похожим на отчаяние, совершенно тупым состоянием, стояла, сведя плечики и не желая принимать действительность.
Великое волнение трепетало в груди Дол-жи; он хотел что-то предпринять; руки, ноги, сердце, душа его требовали действия, но он лишь поворачивался в сторону брата, быстро моргал и вновь начинал следить за происходящим.
– Болотянников больше! – наконец не вытерпел младший принц.
– И что ты делать собрался? – твердо, но при этом, конечно, сильно волнуясь, спросил его родственник.
