Фредерик Вайс медленно подносит палец к холодному металлу кодового замка. Поверхность сенсора едва уловимо мерцает, готовая к считыванию. Он прикладывает подушечку большого пальца – сканер мгновенно реагирует, сканирует узор и издает короткий, резкий писк. Дергает на себя дверь, и та подается, чуть скрипнув петлями.
Фред входит внутрь стеклянного бокса, и воздух вокруг становится тяжелее. Сандра стоит к нему спиной. Её плечи едва заметно вздрагивают – ритмично, почти незаметно, но он замечает это. Она пытается скрыть волнение, но тело выдаёт её.
Фредерик делает шаг вперёд, и она оборачивается.
– Пришёл, – произносит Сандра тихо. Голос дрожит, хотя она старается говорить ровно.
Её глаза бегают по сторонам, избегая его взгляда. В них читается смесь страха, вины и отчаяния. Руки согнуты в локтях, пальцы беспрестанно двигаются, переплетаются, расплетаются будто пытаются решить какую‑то сложную головоломку.
Позади неё возвышается большая белая капсула. Сквозь прозрачный стеклянный экран виднеется лицо девушки: бледное, застывшее, с закрытыми глазами.
– Что это? – холодным, режущим тоном спрашивает Фред, делая шаг ближе к капсуле. Каждое его движение, как лезвие, рассекает натянутую тишину.
Сандра медлит. Затем тянется к нему, пытаясь взять под руку, но он резко отталкивает ее.
– Не смей прикасаться ко мне, – бросает он, сверкая взглядом. – Я не даю второго шанса. Ты прекрасно знаешь об этом. И, думаю, понимаешь, зачем я пришёл. Не стоило трогать то, что принадлежит мне.
Сандра Брейд быстрым движением проводит рукой по своей шее.
– Фред, пожалуйста, выслушай меня, – она берёт бутылку с водой, трясёт её в руке. – Дай мне несколько минут, и, возможно, то, что я расскажу, обратит твой гнев в милость…
Фредерик медленно качает головой, не сводя с неё пристального, хищного взгляда – взгляда, который ломает волю, заставляет подчиняться.
– Сандра Брейд, – его голос звучит низко и ровно, – тебя ничто не спасёт. Но высказаться я, пожалуй, тебе позволю.
Фред резким движением отодвигает рукав пиджака и смотрит на часы:
– У тебя пять минут. Время пошло.
Она облизывает пересохшие губы, нервно улыбается, но глаза и тарабанящее в груди сердце выдают: она на грани эмоционального срыва.
– Спасибо, – произносит она, едва шевеля губами. Затем, собрав остатки воли, продолжает твёрже: – Не буду терять время. Там, – её подрагивающий палец указывает на капсулу, – наша с тобой дочь.
Фред хмурит черные брови, смиряет Сандру тяжёлым скептическим взглядом. В глубине его глаз читается усталость – усталость от бесконечных игр, в которые она так часто его втягивала. Он видит, как она нервничает, как пытается найти слова, и это только усиливает его раздражение.
