Глава 1. Дождь не смывает кровь
Санкт-Петербург не любит тех, кто возвращается. Город помнит всё: трещины в асфальте, шёпот каналов, тени на стенах доходных домов. И когда ты идёшь по его улицам в три часа ночи, под дождём, который не смывает ни грязь, ни кровь, — он смотрит на тебя глазами мёртвых.
Алексей Воронов, бывший майор спецназа ФСБ, а ныне частный детектив с лицензией, которая давно истекла, сидел в баре «У Кривого» на Лиговском проспекте. Заведение это знали только свои: ни вывески, ни меню, ни охраны. Три стола, барная стойка из тёмного дуба, запах перегара и сырости. Идеальное место, чтобы не быть найденным.
Дождь барабанил по жестяному козырьку над входом. Леший — так его звали все, кроме официальных бумаг, — потягивал виски из гранёного стакана. Лёд давно растаял. Он смотрел на своё отражение в зеркале за стойкой: тридцатипятилетний мужчина с тяжёлым взглядом, трёхдневной щетиной и шрамом, пересекающим левую бровь. Шрам был старый, полученный в Грозном, но всё ещё напоминал о себе, когда менялась погода.
— Ещё? — спросил Кривой, хозяин заведения, протирая стакан полотенцем, которое знавало лучшие дни.
— Нет, — Леший покачал головой. — Завтра дела.
— У тебя всегда «завтра дела», — усмехнулся Кривой. — А потом ты сидишь здесь до утра и смотришь в зеркало, как будто там ответы.
— Может, и есть.
Кривой не стал спорить. Он знал Лешего десять лет — с тех пор, как тот уволился из органов после истории, о которой не рассказывал даже под пытками. Знал, что за внешним спокойствием скрывается человек, который давно перестал бояться смерти, но так и не научился жить.
Дверь скрипнула. Леший не обернулся — привычка, выработанная годами. Он видел отражение в зеркале: трое. Молодые, крепкие, в одинаковых чёрных куртках. Бритые головы, тяжёлые ботинки. Такие приходят не пить.
— Воронов? — спросил первый, остановившись в двух метрах за спиной.
Леший медленно поставил стакан.
— Допустим.
— Тебе привет от Сергея Львовича.
Сергей Львович Кравцов. Криминальный авторитет, который контролировал половину города. И который пять лет назад заказал убийство жены Лешего. Не напрямую — через третьи руки, но Леший знал. Знал, но не мог доказать. Пока.
— Какой трогательный жест, — сказал Леший, не поворачиваясь. — Передай ему, что я тронут.
— Он хочет вернуть должок, — продолжил первый, делая шаг вперёд. — Ты задолжал ему триста тысяч. Срок вышел.
Леший наконец обернулся. Медленно, с ленцой, которая всегда предшествовала взрыву.
— Должок? — Он поднял бровь. — Я думал, мы в расчёте после того, как я не сдал его ментам его же схемы с недвижимостью.
