Глава 1. Четыре тысячи двести семнадцать
Клеймо ставят один раз.
Это первое, что мне сказали в губернском отделении, когда выдавали плашку, и сказали не для красоты.
Клеймо ставится по нагретому, одним удáром, с подкладкой под изделие. Ударил косо — оттиск смазан. Смазанный оттиск есть порча клеймёного изделия, и штраф за него не маленький: смазанным клеймом можно прикрыть что угодно.
Поправить нельзя. Нельзя подбить, нельзя добить вторым ударом, нельзя зачистить и повторить: зачищенное место видно, и это уже подделка, а за подделку клейма каторга.
Один удар.
Я к первому своему удару готовился четыре дня.
Двадцатого сентября тысяча девятисотого года у меня на верстаке лежал первый наконечник казённого заказа.
Про верстак надо сказать отдельно, потому что он был новый.
Из четырёхсот сорока рублей заказа корпус выдал мне вперёд третью часть — сто сорок шесть рублей шестьдесят шесть копеек, и я эти шестьдесят шесть копеек помню, потому что держал в руках впервые в жизни такие деньги и пересчитал четыре раза.
Я потратил их за одиннадцать дней и потратил на железо.
Бочка конопляного масла — восемь рублей. Теперь мы калили в масле. Дед первую неделю ходил вокруг этой бочки и, я думаю, ночью к ней выходил.
Двадцать пудов хорошего полосового железа и шесть пудов рессорного лома. Сорок один рубль.
Тридцать пудов древесного угля. Девятнадцать рублей.
Второй мех, ножной, и новый горн, собранный у нас же во дворе из кирпича, который дед возил шесть дней.
Напильники. Тиски с двумя губками. Клещи шести видов вместо двух. Наковальня — не новая, купленная в Туле у вдовы кузнеца, сто двенадцать фунтов, с целым рогом.
И деревянный ящик с замком, а в ящике, в войлоке, плашка.
Наконечник был готов с утра.
Пакет из девяти складываний с подсыпкой костяной крошки. Ковка по шаблону, который я вырезал из жести: перекладина, втулка, лезвие в пять вершков. Цементация четыре часа. Закалка в масле. Двойной отпуск при двухстах восьмидесяти, при двух свечах, потому что фонарь к утру желтеет.
Жар я положил сам, своей ладонью, и это было в четырнадцатый раз в жизни, и я уже знал, что после этого надо полчаса посидеть.
Померил.
Ёмкость восемьдесят шесть. Утечку снял за сутки — пятнадцать процентов.
На приборе, который я собрал по памяти с того, что мы с Чагиным сколотили на заставе, — сорок пять минут.
Казённая рогатина третьего сорта по уездному подряду дома Тулиных держит девять.
Клеймение я устроил торжественно, и мне до сих за это немного стыдно.
Я протопил новый горн, выгреб, подмёл, вынес из мастерской всё лишнее и позвал деда.
