Глава 1. Песок, соль и уведомление
Песок был везде. Он хрустел на зубах, царапал веки, забивался под ногти и в каждую складку одежды. Арс открыл глаза и первым делом не увидел неба – он почувствовал вкус соли. Не той мягкой, морской, которая остаётся на губах после бриза, а агрессивной, почти химической, будто кто-то высыпал на него мешок технического реагента.
Сознание возвращалось медленно, с сопротивлением. Последнее, что он помнил, был вечер четверга. Дома. Квартира на четырнадцатом этаже, вид на промзону. Он пил кофе – обычный, растворимый, потому что нормальный заканчивался ещё во вторник. Смотрел ролик о модульных убежищах на ютубе. А потом…
Ничего. Чёрная дыра. Ни вспышки, ни звука, ни боли. Просто выключили, как телевизор в номере дешёвого отеля.
– Блевать хочется, – прохрипел кто-то слева.
Арс повернул голову. Шея отозвалась сухим треском позвонков. Рядом, в метре от него, лежал парень лет двадцати с перекошенным лицом и зелёной кожей – нет, не зелёной, это просто свет такой. Арс поднял глаза.
Небо было зелёным.
Не как после грозы, не как северное сияние. Оно было именно зелёным – насыщенным, неестественным, будто кто-то натянул над миром гигантский светофильтр. Ни облаков, ни солнца, ни луны. Только ровное, безградиентное свечение цвета мятной зубной пасты.
– Что за хрень? – парень уже сел, озираясь. – Где я? Где Москва?
Вокруг простирался пляж. Точнее, то, что когда-то могло быть пляжем. Серая полоса песка, усеянная острыми ракушками, пластиковым мусором и обломками дерева. За ней начинались дюны – низкие, выжженные, поросшие колючкой, похожей на перекати-поле. И дальше, насколько хватало глаз, тянулась пустошь. Ни города, ни дорог, ни вышек сотовой связи. Ничего.
Арс медленно поднялся. Тело слушалось, но с ленцой, как после бессонной ночи. Он провёл рукой по лицу – песок, соль, мелкая царапина на скуле. Одежда осталась та же: джинсы, серая футболка, лёгкая ветровка. Только кроссовки были не его – какие-то дешёвые кеды на рифлёной подошве.
– Эй! – парень схватил его за рукав. – Ты меня слышишь? Где мы?
– Не знаю, – спокойно ответил Арс. – Но сейчас это не главный вопрос.
– А какой главный?
Арс указал на береговую линию. Там, где песок встречался с водой, лежали люди. Много людей. Десятки, может быть, сотни. Они были разбросаны по пляжу, как мешки с мусором после шторма. Кто-то уже шевелился, кто-то лежал неподвижно, а кто-то… кто-то лежал в лужах, которые не были солёной водой.
– Главный вопрос, – сказал Арс, – почему некоторые из них уже мёртвые.
Он подошёл к ближайшему телу. Мужчина лет сорока, в тренировочных штанах и футболке с надписью «I ❤ NY». Глаза открыты, рот приоткрыт. На шее – странная полоса, будто от ожога. Не кровоточит, не синяк. Просто полоса бледной, почти белой кожи, которая на ощупь была твёрдой и холодной.
