Объект ГСО-7, орбитальная станция раннего обнаружения «Кракен».
43 часа до инцидента.
Одиночество пахло озоном и собственной мочой.
Арсений Соболев, оператор дальней связи пятого ранга, понял это совершенно отчетливо, когда в седьмой раз за смену перечитывал один и тот же абзац технической документации. Его взгляд скользил по зелёным строчкам на мониторе, мозг превращал слова в серую массу, а где-то на периферии сознания неумолимо пульсировала мысль, от которой хотелось разбить лицо о панель управления.
Его бросили.
Станция «Кракен» была мертворожденным проектом эпохи Большого Протектората — огромная рогатина из стали и композитов, зависшая в гравитационном колодце между нигде и никем. Три километра герметичных коридоров, два экспериментальных реактора и один единственный живой человек на борту.
Остальных отозвали три месяца назад. Сначала эвакуировали биологов, потом технический персонал, а затем — за два часа до старта транспортного челнока — Соболеву пришёл код «Якорь». Приказ оставаться на объекте до особого распоряжения. Чёрная бирка. Смертник на страже пустоты.
— Гениально, — прошептал он сиплым голосом, поворачиваясь в кресле. За прозрачным экраном рубки управления простиралась бескрайняя чернота, утыканная редкими, безучастными звёздами. — Просто гениально. Семь миллиардов человек внизу, и им плевать, что я тут превращаюсь в овощ.
Бортовой ИИ, который ласково называл себя «Агатой», отозвался с той утомительной вежливостью, которая за три месяца стала Соболеву ненавистна больше, чем собственное дыхание.
«Оператор Соболев, ваши психометрические показатели демонстрируют отклонение. Рекомендую сеанс релаксации. Включить записи океана?»
— Засунь свой океан в гермозатвор, Агата. — Арсений потёр переносицу. — Лучше объясни мне ещё раз, почему я здесь. Найди в своей базе правду. Не протокол. Правду.
Пауза затянулась на восемь секунд. Долгий срок для квантового процессора с доступом к глобальной сети.
«Вероятность недостоверности данных: 67%. Официальная версия: объект ГСО-7 требует присутствия квалифицированного оператора для поддержания работоспособности системы дальней космической связи. Неофициальная версия, полученная методом кросс-анализа удалённых запросов: на орбиту ГСО-7 совершает захождение объект с неустановленными параметрами. Ваше присутствие квалифицировано как неизбежное».
Соболев замер.
Чашка с остывшим кофе выпала из его руки и, в условиях искусственной гравитации, расплескалась тёмным облаком, которое Агата тут же принялась убирать микророботами-уборщиками. Арсений не обратил на это внимания.
