«Ненавижу драконов!»
Я лежала в траве и медленно умирала, сил кричать уже не было, да и не услышит никто. Сама, дура, виновата: ну зачем потащилась в жару, да ещё и одна? Вон хотя бы у Нинолли сына попросила в сопровождение, всё было бы кого за помощью послать.
Слёзы хлынули из глаз. Нельзя плакать, нельзя, и так сил не осталось. Рожали же как-то мои предки в поле, я помню, я у Шолохова читала. Или не у Шолохова? Как она родила, пуповину перегрызла – и нормально. Почему же я не могу-у-у-у?!
Вой у меня получился какой-то полузадушенный, я уже не чувствовала ног.
«Неужели так и помру здесь?!»
И вдруг надо мной пролетел… дракон. Огромный такой.
– Э-эй! – Я попыталась поднять руку: может, он увидит, подумает, что добыча, и спустится?
Но крик получился писком: голос-то уже сорвала, почти десять часов валяюсь.
И вдруг снова он, и как будто вглядывается. На второй круг пошёл, гад…
– Я здесь, здесь! – крикнула я из последних сил и почувствовала, что боковое зрение исчезает.
«Держись, Катька, держись!»
Дракон пропал.
«Вот же сволочь! Улетел!»
Надо мной вдруг показалось красивое мужское лицо, слегка светящиеся глаза указывали, что это дракон.
– Ненавижу драконов, – сказала я и всё-таки провалилась в обморок.
Чуть меньше года назад
Ещё несколько месяцев назад ни о каких драконах я и не думала. Год назад выпустилась из приюта, по разнарядке пошла работать на ткацкую фабрику. Не лучший, конечно, вариант. Но зато для работников ткацкой фабрики было общежитие, и не надо было уезжать из столицы. Для приютских это были очень даже хорошие условия.
А ещё я всё-таки надеялась, что поступлю учиться; на деньги, остававшиеся от небольшой зарплаты, покупала учебники и вечерами, когда девчонки шли гулять, готовилась к экзаменам и мечтала, что когда-нибудь скоплю денег и переберусь в отдельную комнату.
А потом началась война, и всего за один месяц жизнь изменилась. Работы у нас прибавилось, правда, платить больше не стали. Зато вместо восьми часов мы теперь работали по двенадцать. Просто фабрику переориентировали, и мы теперь выпускали какие-то специальные ткани для фронта. Сил не оставалось вообще ни на что.
Но все надеялись, что война долго не продлится, по визорам сообщали, что наша армия успешно продвигается вперёд, но народ шептался, что на самом деле это не так. Многие шли на фронт за большими деньгами, но я что-то не видела, чтобы оттуда возвращались.
Магические войны – страшная штука: живых людей, как правило, не остаётся. Ключевое слово – людей. А вот драконы – те выживали, но их было мало, и в один прекрасный день правительство объявило всеобщую мобилизацию.
