Я – Табаки, клеящий клички с первого взгляда. Крестный для многих и многих. В каждом из рождений – сказитель, шут и хранитель времени. Я всегда отличу дракона от человека. Драконы не плохие. Они просто другие. Не увидь я его в окружении семьи, может, и не разгадал бы сразу. А так было легко.
Он был тонкий, весь в веснушках. В старой, потрепанной куртке, в штопаном домашнем свитере, в джинсах с протертыми коленками. Глаза его были как целый мир. Как заброшенная планета.
…смотрит в окно, напряженно вытянувшись под белой одеждой, как стрела, для которой выбрана цель, как что-то летучее, что упрятали в непрозрачную банку, где ему не сидится. Его обглоданные пальцы, вцепившиеся в плечи, у меня на глазах истончаются и темнеют, оборачиваясь драконьими когтями. Песочно-пустынные облака наружности плывут через его лицо, отражаясь в глазах непролившимся дождем.
Мариам Петросян. Дом, в котором…
– То есть как – проснулась? – Никола вдруг почувствовал такую слабость в коленях, что и представить не мог, как ему теперь встать.
Лавр, похоже, все же немного взял себя в руки.
– Предполагаю, что открыла глаза и села. Не уверен, что в ее распоряжении было так уж много способов.
– Но как… – Никола сам не понимал, что хочет спросить в первую очередь. И догадывался, что у Лавра в любом случае едва ли найдутся ответы.
– Мама с ней. Если все хорошо, то обещала и нас пустить. Идем?
– Прямо сейчас? – Никола пригладил пальцами волосы и попытался вспомнить, когда же в последний раз умывался.
Пора было заканчивать с этими хаотичными, изматывающими полетами. О том, какой нынче день и час, Никола тоже имел весьма смутное представление.
– А ты намерен еще семь лет прождать? – поинтересовался Лавр.
– Нет, конечно. Просто… Что я ей скажу?
Никола все годы только и мечтал об этой секунде. А теперь вдруг ужасно испугался, сам не понимая почему.
– Можно начать, ну, например, со «здравствуй», лично я намереваюсь поступить именно так. – Лавр опустился перед ним на корточки. – Ну ты чего, а?
– Не знаю, – честно признался Никола. И добавил: – Страшно отчего-то очень.
– Ну, с кулаками она на тебя точно не кинется. Это все же по Элоизиной части. Идем. Ну, или переведи пока дух, если хочешь, и присоединяйся как сможешь. Но я отправляюсь сейчас.
– Нет, я с тобой.
Все же в компании Лавра, уже на вид абсолютно спокойного, решиться было значительно проще. В одиночку Никола рисковал бы в этом углу теперь и старость встретить.
Он то срывался почти на бег, то вдруг застывал на месте, рассеянно оглядываясь по сторонам, словно позабыв, где находится. В мыслях творилась жуткая каша.
