Глава 1. Бронза и Пар (Лето 1745 года)
Сто двадцать лет минуло с тех пор, как девочка по имени Агата вышла из лесной чащи к людям.
Империя изменилась до неузнаваемости. Бревенчатые стены Кремля давно скрылись за фасадами серого гранита и чугунного литья. Санкт-Петербург перестал быть «окном в Европу» — он стал крепостными воротами, запертыми на пудовый стальной засов.
Но сердце державы билось теперь не в столице. Оно гудело тяжелым промышленным ритмом на Урале.
Екатеринбург-Главный превратился в чудовищный мегаполис из красного кирпича и черного железа. Небо над ним никогда не было синим — его закрывал вечный смог от сотен доменных печей. Днем здесь царил полумрак, освещаемый лишь багровым заревом мартенов, а ночью город светился сам по себе, подобно жерлу вулкана.
В этом городе жила женщина, которую народная молва называла «Хозяйкой Медной горы», а жандармы Корпуса Охраны Короны — Объектом Номер Один.
Катерине было уже за семьдесят. Время согнуло её спину, но не сломило волю. Она носила строгие платья из плотного сукна и тяжелые кожаные фартуки, пахнущие озоном и машинным маслом. Её руки, некогда знавшие только травы, теперь привыкли к калибрам микрометров и рубильникам распределительных щитов.
— Давление падает! — крикнул мастеровой, перекрывая гул турбины.
Катерина, щуря подслеповатый глаз, взглянула на манометр. Стрелка дергалась в красной зоне.
— Сбросьте контур охлаждения во вторую линию! — приказала она хриплым голосом. — Если зальете активную зону медного реактора, я лично отправлю вас обогащать руду зубилом!
Инженеры бросились крутить массивные вентили. Гул изменился, став ниже и стабильнее. Турбина выдавала ток для всего западного склона хребта.
Катерина удовлетворенно кивнула и потерла поясницу. В свои годы она всё еще спускалась в шахты-реакторы, где добывали редкоземельные металлы, необходимые для «нервной системы» империи.
Она подошла к огромному панорамному окну своего кабинета. Отсюда, с вершины башни Обсерватории, открывался вид на дымящийся ад. По улицам двигались паровые омнибусы, издавая шипение стравливаемого пара. Над рельсами магнитных подвесных дорог (новейшая разработка) искрил статический разряд.
Это был мир, который построили две сестры. Мир порядка, лишенного милосердия.
Глава 2. Белая ворона столицы
За тысячи верст от Урала, в промозглом Петербурге, жизнь текла иначе. Здесь правил бал фарфор, шелк и лицемерие.
На троне сидел Император Александр II Реформатор — внук Александра Волчонка и правнучатый племянник Агаты. Ему было тридцать. Он считался красивейшим мужчиной Европы, но красота его была холодной, мраморной. Как у всех потомков Регента, в его облике сквозило нечто нечеловеческое: слишком прямая осанка, слишком точный взгляд.
