Глава 1. Посадка с перегрузом
Если вы думаете, что быть летчиком-испытателем — это романтика, облака и песня «Первым делом — самолеты», то вы никогда не просыпались в обломках чужого летательного аппарата с криком: «Да кто так строит стабилизаторы?!»
Собственно, именно с этого крика и началось мое утро. Только что я пилотировала новейший сверхзвуковой истребитель где-то над Сибирью, а сейчас... сейчас я висела вверх ногами в кабине, которая пахла озоном, жженой проводкой и еще чем-то средним между серой и лавандой.
— Твою ж дивизию... — простонала я, отстегивая ремни безопасности, которые здесь, к счастью, были. Падать я умела профессионально — за десять лет работы испытателем чего только не случалось. Но чтобы в магический дирижабль? Такое впервые.
Я грохнулась на то, что раньше было потолком, и огляделась. Вокруг мерцали какие-то символы, похожие на высшую математику, которую нарисовал безумный профессор. Они то загорались, то гасли, издавая звуки, словно умирающий комар.
— Рунная вязь третьей степени, — машинально определила я, хотя понятия не имела, что это значит. Просто где-то в глубине подсознания всплыло знание — видимо, при падении ударилась головой удачнее, чем думала. — И она перегружена. Идиоты.
Снаружи доносились крики. Много криков. На разных языках, но интонация была универсальной: «Всё пропало!»
Я выбралась из кабины через дыру, которая образовалась там, где раньше был иллюминатор, и оказалась на городской площади. Или на том, что ею когда-то было. Сейчас это место больше напоминало свалку металлолома, которую решили приукрасить магическими фейерверками.
Дирижабль — огромная сигара с крыльями, похожая на помесь кита и стрекозы — лежал поперек фонтана, фонтан отчаянно пытался работать, выпуская струи воды прямо в пробитую обшивку. Вокруг бегали люди в странных балахонах, размахивали руками, и из пальцев у них иногда вылетали искры.
— Седьмое падение за месяц! — вопил толстый мужчина в синей мантии, которая явно была ему маловата. — Седьмое! Магистр Эйдан, это катастрофа! Гильдия магических конструкторов лишится лицензии!
— Я знаю! — рявкнул кто-то из-под обломков крыла.
Я присмотрелась. Под крылом сидел мужчина. То есть не то чтобы сидел — он там пребывал в позе, выражающей глубочайшее отчаяние: голова в руках, локти на коленях, плечи поникли. Одет он был в камзол, который когда-то, вероятно, был роскошным, но сейчас его украшали сажа, магические ожоги и, кажется, след от птичьего помета.
— Да что не так?! — взвыл он, поднимая голову.
И тут я его разглядела. И чуть не присвистнула. Потому что под слоем сажи, копоти и отчаяния скрывалось лицо, достойное обложки журнала «Магический гламур». Темные волосы, растрепанные в художественном беспорядке, глаза цвета грозового неба — серо-голубые с вспышками молний, когда он злился, точеные скулы и губы, которые в данный момент шептали проклятия в адрес всех законов аэродинамики.
