– … так, а напарником Вильгельмины Эрцшлаг у нас будет, – Барбара Гротте была наставником нашего курса.
Наверное, учись я в нормальной академии, Барбара была бы деканом, но в академии Мерсхафен был всего один факультет. На нём учились все поступающие, поэтому не было деканов, были наставники, которых назначали из небольшого числа преподавателей академии, и они отвечали за весь курс.
Насколько я знала, у них была договорённость: в каком году, согласно составленному списку, преподаватель забирал себе первокурсников. Дальше он вёл их все последующие пять лет обучения. В жизни мне не повезло во многом, но хотя бы Барбара была нормальной. Строгая, но очень внимательная, ответственная, она часто ругалась и приструнивала студентов, зато при ней на курсе был идеальный порядок.
В остальном мне не повезло. Ещё эта дурацкая лабораторная работа третьего курса! Неужели нельзя было сделать задание самой? Я была готова работать и за себя, и за своего напарника, только чтобы мне его не давали. Как-то два курса мы проучились, работая в одиночку, так почему на алхимии, которую преподавала Барбара, на третьем курсе нужно было не просто давать парные задания, а такое, чтобы оно длилось целые полгода? То есть с кем бы меня сейчас ни поставили в пару, мне придётся терпеть его ещё полгода.
Так вот, как я уже упомянула, магическая академия Мерсхафен не была нормальной школой магии. Это была худшая академия, то место, куда попадали те, кто не смог никуда поступить. Когда у ребёнка не хватало ни знаний, ни таланта, чтобы поступить в столичный вуз, его всё равно могли взять в провинции. В Империи было несколько сильных академий. Конечно, они все не сравнились бы с тремя столичными, но набор в них тоже шёл по конкурсу. В столичных академиях количество мест на курсе всегда было ограничено, они были местом магической элиты. Местом обучения по-настоящему талантливых, сильных магов. В отличие от них, в провинциальные академии набирали всех, кто хотел и кто мог сдать экзамен. Так уж вышло, что я завалила все проходные экзамены, и место для таких детей было только одно. В магической академии Мерсхафен, самой худшей магической академии Империи.
В том, что ты попал в академию Мерсхафен, уже была определённая трагедия. Что могло быть хуже, чем учиться в худшей академии Империи? Быть среди худших на курсе в худшей академии Империи! Например, как я. Поэтому я была уверена, что никто не захочет работать со мной в паре.
Барбара только собиралась объявить лабораторную работу, о которой мы знали заранее, когда некоторые уже сели по парам. Кто-то изначально вошёл в аудиторию вместе, кто-то сейчас сел поближе друг к другу, а вокруг меня никого не осталось, это было ожидаемо.