Мультяшный роман
Лебеди над Кристалтопией
Солнцева М.В.
Роман о белом лебеде и чёрной лебедице, которым запрещено плавать по одной воде. В городе Кристалтопии на озере Гладком лебеди держат отражения людей: белые — дневные, какими человек хочет себя видеть, чёрные — ночные, какие он есть. Однажды вода мутнеет, отражения путаются, и стая требует виноватого. Пятнадцать глав о правилах, которые придумали от страха, о цапле-аптекаре, бобре-строителе, еже-почтальоне и мальчике с бумажным корабликом — и о том, что вода мутнеет не от встречи, а от испуга.
SunnyBooks
Озеро Гладкое просыпается в пять минут седьмого, и это не метафора: в пять минут седьмого над водой поднимается пар, и пар идёт полосами — сначала по светлой половине, потом по тёмной.
На светлой половине в пять минут седьмого стоял белый лебедь Плюмаж и проверял, все ли на местах.
— Отражение первое! — сказал он в воду.
Вода у берега пошевелилась и показала дом бургомистра: два этажа, зелёная крыша, ставни, которые никто не красил с позапрошлого года.
— Хорошо, — сказал Плюмаж и сделал отметку в блокноте, который держал под крылом. — Отражение второе!
Вода показала булочную.
— Отражение третье!
Показала почту.
Так устроено озеро Гладкое: у каждого дома на берегу есть свой лебедь, и у каждого лебедя — своё отражение. Пока лебедь плавает, отражение держится: дом виден в воде целиком, с крышей, с трубой, с кошкой на подоконнике. Если лебедь уйдёт — отражение гаснет, и тогда с домом случается странное: он остаётся на берегу, но в воде его нет, и постепенно люди начинают забывать, как он выглядел.
Плюмаж был церемониймейстером, то есть отвечал за порядок, а не за конкретный дом, и это была очень ответственная должность: он вставал раньше всех и заканчивал позже всех, и каждое утро говорил в воду сорок два раза «отражение такое-то», и каждое утро получал сорок два ответа.
Он гордился этим. Он вообще гордился многим: белым пером, прямым хвостом, тем, что умеет поворачивать шею на сто восемьдесят градусов без единого лишнего движения, и тем, что за шесть лет ни разу не опоздал.
— Отражение сорок второе, — сказал он. — Домик у мельницы.
Вода показала домик у мельницы, в домике сидел мальчик и что-то складывал из бумаги.
— Хорошо, — сказал Плюмаж. — Перекличка закончена. Всем доброго дня.
И тут вода у его лап сказала:
— Здравствуй.
Плюмаж посмотрел вниз.
В воде сидел он сам — белый, прямой, с блокнотом под крылом, — и это было нормально, потому что церемониймейстер тоже имеет отражение, только держит его сам. Но его отражение никогда не разговаривало.
