Пролог: Хозяйка Лабиринта
Тишина.
Она была не отсутствием звука, а его подавлением. Плотным, вязким полотном, обволакивающим каждый камень, каждый кристалл, каждый вздох. Часовня Забвения поглощала эхо, как чёрная дыра поглощает свет, оставляя лишь сухое, безжизненное ощущение в ушах. Витория обожала эту тишину. В ней не было места глупой болтовне, паническим крикам, льстивым речам. В ней оставалась только чистая, кристаллизовавшаяся воля.
Но сегодня тишина была иной.
Она вибрировала. Не звуком, а намерением. Глубоко в каменных артериях её крепости, в мёртвых коридорах, завелось… насекомое. Нет, несколько насекомых. Они пролезли не через водосток, не через вентиляционные шахты, которые Келвин так любовно заминировал на её глазах. Они пришли через главный вход. Сломанные резонансные мины даже не хлопнули. Они просто… сгнили, растворившись в фоновой аномалии, которую сама Витория и пробудила.
Идиоты. Самоубийцы. Или… гении?
Она стояла в центре ритуального круга, её бледные пальцы лежали на поверхности чёрного обсидианового камня – Очага Разлома. Под ладонью пульсировала чужая, древняя мощь, холодная и голодная. «Проект Осень» не был завершён. Он вышел из-под контроля, превратившись из скальпеля в дикого зверя на цепи. Цепь держала она. Каждую секунду, каждое мгновение. Это было похоже на удержание затвора плотины, из-под которого уже бьют первые струи ледяной, всесокрушающей воды.
И вот в этот момент, когда все её ресурсы, вся её концентрация были брошены на то, чтобы не дать этому «осеннему» хаосу поглотить её саму, они пришли.
Они.
Витория позволила себе мысленно вызвать их образы, отпечатанные в памяти её шпионов и её собственных, редких наблюдений.
Полуэльф-циник. Сергей, так называемый лидер. Не маг, не воин. Вербальный диверсант. Человек, превращающий слова в капканы, а доверие – в оружие. Он был её антиподом. Она стремилась к абсолютному, безмолвному контролю. Он сеял хаос непредсказуемых связей и язвительной эмпатии. Он оскорбил её не действием, а самим своим существованием. Его методы были… грязными.
Воин-стена. Торван. Простой, как молот, преданный, как пёс. Его следовало раздавить первым, лишив группу её физического щита. Просто. Эффективно.
Следопыт. Лейла. Холодные глаза, видевшие слишком много. Угроза на расстоянии. Её следовало изолировать, загнать в ловушку её же собственного острого восприятия.
Маг –трусишка. Альдрик. Неуверенный, слабый духом мальчишка, играющий с огнём. Идеальная мишень для подавления. Его страх был его ахиллесовой пятой.
Алхимик-полурослик. Жмых. Бесполезный шут, видящий мир через колбы и рецепты. Его научный метод разобьётся о магию высшего порядка.
