Глава 1. «Город, где деньги — это воздух»
Кай шагнул с пыльного пригорода на сияющие улицы ТриТопоРа — и мир будто переключился с чёрно‑белого на ослепительно‑яркий. Небоскрёбы взмывали в небо, словно гигантские золотые копья, их фасады переливались так, что слепило даже сквозь прищуренные веки. А под ногами… под ногами шуршали, звенели, хрустели пентакли. Не горстки, не кучки — целые барханы монет, будто кто‑то высыпал сюда сокровищницы десятка королевств и забыл прибрать.
Кай наклонился, поднял одну монету, покрутил перед глазами. На ней был выбит герб страны — три скрещённых топора, обвитых лентой с надписью: «Богатство — это состояние души». Кай хмыкнул. В его родном городке за такую монету можно было купить мешок картошки и курицу впридачу. Здесь же, судя по всему, она годилась разве что как сувенир.
Мимо пронеслась золотая карета, запряжённая лошадьми в расшитых попонах. Из окна кто‑то небрежно швырнул пачку банкнот — не считая, не глядя, просто чтобы развлечься. Пачка спланировала, как стая золотых птиц, и рассыпалась веером, ударившись о мостовую. Прохожие даже не вздрогнули. Один мужчина, в пальто из парчи, лениво пнул пару монет носком лакированного ботинка и пробормотал:
— Опять мелочь. Ненавижу мелочь.
Кай застыл, переваривая этот абсурд. Здесь деньги не хранили, не копили, не берегли. Их швыряли, как конфетти на празднике, который длится вечно.
Он побрёл дальше, мимо витрин, где за стеклом стояли роскошные вещи: часы, сверкающие бриллиантами, плащи из шёлка, статуэтки из чистого золота. Но ценники заставляли глаза расширяться до предела.
«Плащ из лунного шёлка — 50 миллионов пентаклей».
«Часы „Вечность“ — 120 миллионов».
«Статуэтка „ТриТопоРа“ (малая версия) — 200 миллионов».
Кай нервно сглотнул. В его кармане лежало ровно три тысячи пентаклей — состояние по меркам родного города. Здесь это было… ну, примерно как иметь в кошельке три фантика от конфет и гордо называть себя миллионером.
Впереди показалась вывеска: «Кафе Без Смысла». Над входом висел баннер: «У нас всё дорого. Очень дорого. И даже если вы скажете, что это перебор, мы поднимем цену ещё на миллион». Кай фыркнул, но любопытство победило. Он толкнул дверь и шагнул внутрь.
Внутри царил хаос изысканности. Столики были накрыты скатертями из тончайшего кружева, стулья обиты бархатом, а в центре зала стояла огромная ваза, доверху наполненная пентаклями. Посетители сидели, лениво перебирая монеты пальцами, будто это были зёрна риса.
К Каю тут же подлетел официант в костюме, расшитом золотыми нитями, с улыбкой, от которой хотелось одновременно смеяться и плакать.
