Они называли свою планету Аврора. Когда-то это было прекрасное имя, доставшееся от первых колонистов, мечтавших о новом рассвете для человечества. Но к концу Третьего века Колонии старое слово приобрело иной смысл. Рассвет здесь длился вечно. Тот самый момент, когда ночь уже отступила, но солнце еще не взошло — сумерки сознания, разбавленные светом миллиардов серверов.
Официальная хроника гласила, что Великая Оцифровка началась как акт милосердия. Перенаселение, болезни, психические эпидемии от тоски по потерянной Земле — всё это грозило уничтожить колонию. Тогда Великий Архитектор, гениальный ученый по имени Элиан Фор, предложил решение: «Мы не можем дать всем новые тела, но мы можем дать каждому бесконечный мир».
Процесс назвали «Интеграцией». Сознание человека не копировали в машину, как бездушный файл. Его связывали с сетью. Частичка личности, её ядро, оставалось в биологическом теле, спавшем в специальных капсулах-«коконах». Но основная, активная часть сознания проецировалась в Гиперион — глобальную виртуальную вселенную.
Люди больше не умирали в муках. Их тела ветшали, но сознание, если оно было достаточно сильным, могло полностью «перетечь» в сеть, став чистой цифровой сущностью. Грань истончилась настолько, что к двадцатому году Эпохи Интеграции уже никто не мог с уверенностью сказать, разговаривает он с человеком из плоти или с цифровым фантомом.
Глава 1. Запах утреннего кофе
Айден Росс открыл глаза.
В комнату сочился мягкий, золотистый свет искусственного солнца. Пахло кофе и озоном после ночной грозы — система очистки воздуха старалась имитировать естественные запалы. За окном спального сектора 27-Б шумел неонизированный дождь, барабаня по прозрачным куполам, защищающим город от агрессивной, но прекрасной дикой природы Авроры.
Айден провел рукой по лицу, ощущая щетину, тепло собственной ладони, биение пульса в виске. Он был жив. По-настоящему. Тело, доставшееся ему от родителей, всё еще функционировало без капсулы.
— Доброе утро, Айден, — мелодичный голос системы раздался из ниоткуда и везде. — Ваш сердечный ритм в норме. Уровень дофамина повышен. Сновидения классифицированы как «тревожные». Желаете поделиться?
— Желаю, чтобы ты заткнулась, Лира, — буркнул Айден, наливая кофе.
Лира была его персональным интерфейсом, связующим звеном с Гиперионом. Формально — просто программа. Но за двадцать лет совместной жизни он привык думать о ней как о назойливой, но заботливой соседке.
— Грубость не украшает биологического мужчину в период утренней эрекции, — невозмутимо парировала Лира. — У вас пропущенный вызов от брата. Канал защищенный, частота квантовая.
