Офис фонда «Тихий свет» располагался не в стеклянной башне, а в старом, отреставрированном особнячке в тихом переулке. Здесь пахло не деньгами и амбициями, а деревом, бумагой и кофе. Анна Корсакова предпочитала такую обстановку. После войны с «Ethereal Sound» гламур и блеск вызывали у нее физическое отвращение.
На столе перед ней лежала папка с грифом «Кейс №114: необъяснимая ремиссия». Внутри – история молодого поэта-песенника из Екатеринбурга, Марка. Два года назад он стал жертвой мелкой студии-подражателя, использовавшей примитивный аналог «Нейро-Риффа». Результат был предсказуем: творческий коллапс, глубокая депрессия, лечение в одном из партнерских центров «Тихого света». И вдруг – резкое, почти чудесное улучшение. Марк не просто вернулся к жизни. Он писал. Яростно, продуктивно. Его новые тексты, по словам лечащего врача, были «нечеловечески совершенными». И пугающе безликими.
Анна отложила папку. Это был четвертый такой случай за полгода. Не быстрые исцеления. Быстрое превращение в подобие идеального, бездушного литературного генератора. Во всех случаях фигурировали студии или продюсеры, которые давно должны были кануть в лету после краха «Ethereal». Но они не просто выжили. Они процветали.
Дверь в кабинет приоткрылась, и в щель просунулась голова ее помощника, молодого параноика-технофоба по имени Кирилл.
«Анна, пришло. То, что вы просили. На «глухаря»».
«Глухарем» они называли автономный ноутбук без сетевых модулей, куда стекалась самая деликатная информация. Анна кивнула, Кирилл поставил на стол устройство в черном матовом корпусе и исчез, плотно прикрыв дверь.
На экране была расшифровка перехвата. Не официальная слежка – такое ее положение уже не позволяло. Это была инициатива «Старика», который, вопреки всему, сохранил несколько «ушек» в темных уголках цифрового мира. Переписка между двумя номерами, купленными за биткоины. Обрывки.
«…пакет «Элегия» доставлен клиенту. Реакция положительная. Начинает выдавать материал…»
«…контрольный образец сравнили с эталоном «Катарсис-Н». Совпадение на 34%. Недостаточно. Нужен доступ к источнику…»
«…источник загерметизирован. Но эхо есть в сети. Ловите резонанс на триггерах. Готовьте «Улей»…»
Анна замерла. «Катарсис-Н» – это внутреннее обозначение нейро-карты Льва Зимина из архивов «Маэстро». «Эталон». Кто-то не только имеет к ней доступ, но и использует как меру, как образец для чего-то.
И слово «Улей». Оно мелькало в старых, незавершенных проектах «Ethereal Sound» – концепция распределенной сети «доноров», связанных в единую творческую грибницу, где один страдает, а все остальные получают выгоду. Тогда от нее отказались как от слишком рискованной. Похоже, новые игроки сочли риск приемлемым.
