Октябрьское утро встретило город мелким дождём и низким небом. Серым, как асфальт на парковке.
Даниил Кромов стоял у панорамного окна автосалона «Горизонт-Авто» и смотрел на пустой ещё проспект. В руке — бумажный стаканчик с остывшим кофе. Он сделал глоток и поморщился. Кофе был третьим за утро и таким же безвкусным, как первые два. Организм давно не отличал кофеин от привычки.
— Кром, ты чего смурной с утра? — раздался голос за спиной.
Даниил обернулся. Игорь Самохин, коллега по залу, на ходу застёгивал брендированную рубашку поло. Вечно взлохмаченный, вечно опаздывающий. Но продавал больше всех — за счёт наглости и какого-то животного обаяния.
— Не смурной. Задумался.
— О чём? О смысле жизни? — Игорь хохотнул и хлопнул его по плечу. — Смысл жизни — квартальный бонус. А до него ещё полтора месяца, так что расслабься. Скоро пригонят новую партию, будем нюхать свежий пластик.
Даниил кивнул и снова отвернулся к окну.
Ему было двадцать семь. Из них последние четыре года он продавал автомобили. До этого — холодильники, до этого — пылесосы. До этого было ещё много всего: казённые стены детдома, вечерняя школа, попытка поступить в университет, провал, армия, возвращение в никуда. Анкета Кромова напоминала лоскутное одеяло, сшитое из случайных подработок и несбывшихся планов. Он давно перестал спрашивать себя, кем хочет стать. Он просто выживал.
Единственное, что выделяло его среди других менеджеров — умение слушать. Он не впаривал, он именно слушал. Клиент рассказывал про жену, про кредит, про страх перед скоростью, а Даниил кивал и подбирал машину так, словно решал уравнение. И продавал. Не рекордно, как Самохин, но стабильно. Этого хватало на съёмную квартиру, на скромную еду и на подписку в стриминговом сервисе. Если не думать о будущем — жить можно.
Будущее он себе представлял смутно. Что-то вроде того же самого, только с седыми висками и пенсией, которой, скорее всего, не будет. Ни семьи, ни долгов, ни амбиций. Ровная, как степь, жизнь.
Так он думал ровно до того момента, пока на парковку не въехал автовоз.
Автовоз был забит под завязку. Новые модели «Хёндай» — салон брал их на реализацию с хорошей скидкой от дистрибьютора. Яркие, блестящие после дождя, они казались инопланетными существами, спустившимися на эту серую парковку.
— Кром, принимай! — крикнул старший менеджер Борис Ефимович из дверей своего кабинета. — Самохин на телефоне, у него клиент. Давай, глазки свои детдомовские включи.
Даниил никак не отреагировал на это замечание. Он привык. Борис Ефимович был из тех начальников, что считают остроты частью корпоративной культуры. Возражать себе дороже.
