ГЛАВА 1. Приговор по карте
В третий раз за утро приемник утверждал, что межевой знак стоит на двести восемнадцать метров восточнее самого себя.
Я сняла перчатку, вытерла экран краем рукава и запустила измерение заново. Спутники никуда не делись, базовая станция отвечала, поправка приходила без задержки. На штативе горел зеленый индикатор. Если верить аппаратуре, бетонный столб передо мной одновременно находился у кромки старого карьера и посреди березняка за дорогой.
Верить аппаратуре в таких случаях было удобно, но дорого.
— Варвара Андреевна, вы там надолго? — крикнул прораб от машины.
— Пока точка не окажется в одном месте.
— В акте она уже в одном.
— Поэтому я и приехала.
Он ответил не сразу. Я не оборачивалась, но услышала, как хлопнула дверца. Прораб не пошел ко мне. Ветер тянул из карьера пыль, и на сером борту выемки были видны свежие полосы от ковша. Работы здесь остановили только на бумаге. За ограждением продолжали снимать грунт, хотя спор о границе участка еще не закончился.
Вечером начальник ждал от меня короткий акт: контроль выполнен, исходные данные подтверждены, препятствий для разработки нет. Такой текст уже лежал в рабочей папке. Мне оставалось поставить подпись.
Два года назад я тоже отказалась подписывать неверную съемку. Отказ зарегистрировали, переслали в три отдела и положили к заявлению, которое рассматривали сорок семь дней. Два дома снесли на девятый. Я тогда повторяла себе, что не имела полномочий останавливать работы. Формально это было правдой. Людям, которые успели вынести из дома только документы и детские вещи, от моей правоты пользы не было.
С тех пор я не ждала четвертого измерения, если три первых расходились одинаково.
Я переставила приемник на резервную точку. Координата совпала с каталогом до сантиметра. Вернулась к старому знаку, проверила уровень штатива и опустилась на корточки. Столб поставили еще до открытия карьера. Бетон выкрашивался по краям, но металлическая марка в центре сохранилась. На ней проступала незнакомая насечка: две пересекающиеся дуги и короткая черта между ними.
Вчера этой насечки не было.
Я провела пальцем по металлу. Рисунок не оказался царапиной на грязи. Канавки были ровными и свежими, хотя блеска у среза не было. На экране приемника координата снова сменилась. Теперь две точки чередовались каждые несколько секунд.
— Очень смешно, — сказала я прибору и тут же поморщилась.
С техникой я не разговаривала даже в тяжелые дни. Она все равно не отвечала и не несла ответственности.
Под подошвой хрустнул щебень.
Я успела снять приемник со штатива. Земля у столба осела на ширину ладони, затем трещина побежала к ограждению. Прораб закричал, чтобы я отходила. Я сделала шаг, но край выемки уже отделился от площадки. Штатив упал первым. За ним ушел бетонный знак, сохраняя вертикальное положение, пока пласт грунта не перевернулся.
