ПАДЕНИЕ
Последний свет Очага
25 марта 2025 года. Где-то над Донецкой областью. Время не важно — здесь время измеряется жизнями.
Он умирал трижды.
Первый раз — когда погас Великий Очаг. Это случилось мгновенно, но сознание Ксан-Та растянуло эту вспышку в вечность, потому что иначе её невозможно было вместить. Сначала была тишина — абсолютная, космическая тишина, которую его народ научился слышать за миллионы лет эволюции. А потом тишина лопнула.
Взрыв звезды — это не просто свет. Это крик материи, разрывающей саму себя. Это гравитационные волны, которые могли бы раздавить планету, если бы планета ещё существовала. Ксан-Та чувствовал, как гибнет его мир — не постепенно, не в агонии, а мгновенно, как мотылёк в пламени свечи.
Он стоял на смотровой площадке Центра Управления Пространством — самого высокого здания на Ксан-Таре. Внизу, в прозрачной дымке атмосферы, лежал город Эр-Ксаль — столица, гордость цивилизации, насчитывавшей двенадцать тысяч лет письменной истории. Город, который он любил.
Вспышка ударила в глаза, и на секунду Ксан-Та ослеп. Когда зрение вернулось — а вернулось оно через долю секунды, потому что его народ давно научился регенерировать сетчатку быстрее, чем любой фотон успевал её прожечь, — он увидел, как Эр-Ксаль превращается в тень.
Не в пепел. Именно в тень. Силуэты зданий, мостов, парков — всё это на мгновение стало чёрным на фоне белого пламени, а потом исчезло. Просто перестало существовать.
— Великий Очаг... — прошептал кто-то рядом.
Ксан-Та обернулся. Рядом стояла Ирра-Сан, его ассистентка, его ученица, его... он не успел подобрать слово, потому что через мгновение её тоже не стало.
Она даже не испарилась. Она просто кончилась, как кончается строка в письме, которое не дописали.
Потом пришла гравитация.
Взрыв звезды — это не только свет и жар. Это искажение пространства-времени такой силы, что само понятие «верх» и «низ» потеряло смысл. Ксан-Та почувствовал, как его отрывает от пола, швыряет в стену, потом в потолок, потом снова в пол — но пола уже не было, были только обломки, летящие в никуда.
Он успел подумать: «Капсула. У меня есть Капсула».
Капсула Сознания была экспериментальным устройством. Его народ работал над ней триста лет, но так и не довёл до ума. Идея была простой до гениальности: если тело погибнет, сознание можно сохранить в гравитационном колодце, законсервировать, как свет в ловушке, и отправить в космос — вдруг кто-то найдёт, вдруг кто-то сможет расшифровать, вдруг кто-то даст вторую жизнь.
Капсула находилась в его кабинете. До неё было семь метров.
