— Дорогая моя Маргарет, я так счастлива за тебя! — воскликнула мать, крепко сжимая ладони дочери и увлекая её в лёгкий, почти невесомый танец. — Наконец-то наш достопочтенный принц решился признаться в своих чувствах! Боже, какое это чудо!
Женщина плавно кружилась рядом с дочерью, и лицо её сияло таким неподдельным светом, что, казалось, в комнате стало светлее. Радость переполняла её сердце — она едва могла поверить, что долгожданная весть наконец стала реальностью. Её руки — грубоватые, с заметными следами бесчисленных хлопот по дому, с кожей, потрескавшейся от постоянной стирки и готовки, — трепетно держали нежные ладони дочери и слегка подрагивали от волнения. На глазах уже блестели тихие, счастливые слёзы, которые она и не пыталась скрыть.
— Мама, прошу, не плачь! — Маргарет ласково улыбнулась, стараясь прогнать грусть из материнского взгляда. — Я тоже безмерно счастлива, что он наконец открыл мне своё сердце. И верю, что со временем его чувства станут только глубже и крепче.
— Солнце моё, — голос матери дрогнул, и она на мгновение прижала дочь к себе, словно желая уберечь от всех невзгод мира, — прошу тебя, будь осторожна. Не торопи события, дай ему время всё осознать. Путь, к настоящему счастью, порой бывает непрост, а особенно когда на плечах лежит такая тяжесть ответственности.
— Мамочка, я вовсе не собираюсь давить на него, — тихо, но твёрдо ответила Маргарет, чувствуя, как напряжены мамины пальцы, и стараясь своим спокойствием передать ей уверенность. — Мне хорошо известно, какой груз обязанностей и ожиданий лежит на нём. Да и нынче молодые люди редко решаются на смелые поступки сразу — им нужно время, чтобы собраться с духом. Я готова терпеливо ждать того дня, когда он по-настоящему привыкнет ко мне, когда между нами установится полное доверие.
В этот момент в дверях раздался негромкий, но властный голос:
— Кого это вы тут обсуждаете, дамы?
Артур, глава семейства, стоял, небрежно прислонившись к дверному косяку, и с лёгкой полуулыбкой наблюдал за этой трогательной сценой.
— Папа! — Маргарет вспыхнула от радости, готовая тут же поделиться счастливой новостью, но не успела и слова вымолвить: мамина рука мягко, но решительно легла ей на губы, останавливая поток слов. В глазах матери мелькнул озорной огонёк, смешанный с долей осторожности, а взгляд, брошенный на мужа, был полон немого предупреждения.
Артур перевёл взгляд с жены на дочь, подметил эту молчаливую переглядку и едва заметно приподнял бровь. На его лице проступила лукавая усмешка — он явно догадывался, что в воздухе витает какая-то важная, возможно, даже судьбоносная весть, но решил не торопить события и позволить женщинам самим выбрать подходящий момент для откровений.
