Есть дома, что меряют себя годами. Есть роды, что меряют себя поколениями. А есть один-единственный дом, о котором пойдёт речь в этой книге, — дом, что мерил себя веками, и мерил не серебром, что копилось и таяло в его кладовых бессчётное число раз, а одной-единственной наукой, что передавалась из уст в уста, из тетради в тетрадь, от Новгорода до наших дней.
Читатель встретит здесь немало людей. Гюрю — сироту, что менял часы голодного наблюдения на кусок рыбьего хвоста, прежде чем стать одним из первых купцов Господина Великого Новгорода. Радована Гостятича, его наставника, что усыновил мальчишку не кровью, а делом, — и с этого усыновления пошла сама фамилия рода. Домну — дочь купца, что торговалась не хуже иного мужчины и умела найти дверь там, где сила была не на её стороне. Спустя века — Некраса, что научился быть незаметным, когда заметность стала смертельно опасной, и Ивана Некрасовича, что научился быть смелым снова, когда опасность миновала. Ещё позже — Прова, что не побоялся молодого, тонущего в тумане Петербурга; Мирона, что отказался строить богатство на чужой несвободе, хотя закон это дозволял; Аграфену, что вела дело не хуже мужчины и умела превращать сватовство-захват в собственную победу. Ещё позже — Аполлона с его паровыми машинами и Прохора, что не побоялся выучиться новому ремеслу в зрелые годы; Юрия, что потерял в одну весну всё, чем владел род шесть веков, и Тихона, что вспомнил, чем этот род отличался от иных хозяев, — и не дал возмездию за чужие грехи пасть на невиновных. И, наконец, Анну, что находит на дне резного ларца тяжёлый кованый ключ и решает для себя, стоит ли этому ключу верить.
Одно и то же имя — Гостевы — носили все они, хотя редко имели кровное родство ближе, чем через два-три поколения. Одна и та же наука выводила их из самых разных бед: падения городов, тиранов, безвластия, войн, революций и запретов. Она не о том, что нужно копить и откладывать, — герои этой книги не раз убеждались, что деньги, оставленные лежать без дела, суть не богатство, а лишь его тень. И она не о том, что нужно любой ценой хватать выгоду, — иные из героев этой книги отказывались от честной прибыли, если она требовала чужой несвободы или чужого унижения, и оказывались правы в долгом счёте, хотя и не сразу.
Эта наука — о том, что понимание, однажды выстраданное и переданное дальше, кормит человека надёжнее любой кубышки серебра. О том, что доверие строится делом, а не словом, и о том, что незаменимость держится пользой, а не страхом. О том, что даже самое суровое время можно пережить, если не класть все свои средства, все свои надежды и всю свою судьбу в одно-единственное гнездо.