Пролог
Когда-то я мечтал стать летчиком. Потом космонавтом. Мне казалось, что однажды я обязательно поднимусь выше облаков, увижу Землю такой маленькой, что все человеческие проблемы покажутся смешными. Но потом я закончил школу. И понял, что для мечты нужно слишком долго учиться. Институт. Академия. Экзамены. Конкурсы. Годы подготовки. Это казалось бесконечным. Я выбрал путь попроще. Рабочий вместо инженера института. Рабочая профессия вместо большой мечты. Работа, где ни за что не отвечаешь. Получил зарплату дотянул до следующей. От пятницы до пятницы. Напился вечером, очнулся в понедельник потому что, снова надо идти на работу. Годы летели незаметно. Дом. Работа. Пиво. Телевизор. Скандалы. Злая жена, недовольные дети, вечная нехватка денег. Потом появились внуки. Они росли, а я старел. Пенсия оказалась настолько маленькой, что я превратился в бесплатного сторожа собственных внуков. Их любили не за меня, а за деньги, которые получала бабушка. Мое мнение давно перестало что-либо значить. Незаметно я оказался в самом низу пищевой цепочки собственной семьи. Старый. Больной. Никому не нужный. Сначала отказала одна почка. Потом вторая. Врачи говорили о диализе, но денег не было. Я лежал и смотрел в лица людей, которые когда-то были моей семьей. В их глазах уже не было ни любви, ни надежды. Только усталость. Иногда мне казалось, что над кроватью кружат ангелы. Белые. Тихие. Но однажды я понял, что это не ангелы. Это была обычная белая крыса. Она выбралась неизвестно откуда, забралась ко мне на грудь и принюхивалась к моему лицу, словно пыталась понять, жив я еще или уже нет. Я смотрел на нее долго. Потом поднял руку. Пальцы слушались плохо. Но их хватило, чтобы схватить крысу. Она отчаянно заверещала, пытаясь вырваться. Нет... прохрипел я. Если мне дорога в ад... ты пойдешь со мной. Я сжимал ее из последних сил. В комнате закричали люди. Кто-то бросился ко мне. Кто-то пытался разжать мои пальцы. Но я уже ничего не слышал. Перед глазами сгущалась темнота. В последний миг я понял только одно. Я прожил жизнь так, что не сделал счастливым ни одного человека. Потому что сам никогда не был счастлив. Темнота накрыла меня окончательно. Я был уверен, что это конец. Но ошибся.
Глава 1
Очнулся я от того, что по моей груди кто-то ползал. «Опять крыса...» Я понял это сразу. Белая крыса ползала по моей груди с того самого дня, как ее подарили внуку. Малой постоянно подсаживал ее ко мне, а та забиралась на грудь, обнюхивала лицо и требовала угощения. Я открыл глаза. Прямо передо мной были красные бусинки ее глаз. Крыса радостно запищала, узнав, что хозяин проснулся, и привычно потянулась носом к моему рту. Так она всегда выпрашивала еду. Не задумываясь, я взял ее в руки и посадил в клетку. Щелкнул замок. Опять клетку поменяли... пробормотал я. Что за хендмейд такой? Была же нормальная, большая... Ворча себе под нос, я пошел в туалет мыть руки. Не то чтобы я брезговал крысой. Просто жена годами твердила одно и то же: «Помой руки. Ты же потом внуков трогаешь.» Я открыл кран, поднял голову... ...и застыл. Из зеркала на меня смотрел незнакомый парень. Лет восемнадцать, не больше. Ни седины. Ни морщин. Ни мешков под глазами. Я машинально потер подбородок. Щетины не было. Провел ладонью по щекам. Кожа гладкая. Коснулся лица. Парень в зеркале сделал то же самое. Это кто? хрипло спросил я. Отражение молчало. Это я?.. Пальцы чувствовали собственное лицо. Но мозг отказывался верить. Я видел, как старая привычная рука должна была коснуться обвисшей щеки, а вместо этого молодая ладонь гладила молодое лицо. Совсем техника с ума сошла... пробормотал я. Раньше рожи в телефонах меняли, а теперь и зеркала научились. Ну и черти... Я вышел обратно в комнату. Сделал два шага... И остановился. Никакой квартиры. Никаких ковров. Никакого старого дивана. Передо мной была обычная комната общежития. Две железные кровати. Стол. Шкаф. Тумбочки. На столе лежал надкусанный хлеб, рядом россыпью валялись крошки. Все вокруг выглядело так, будто время откатилось лет на тридцать назад. Да что за... Я одним прыжком вернулся к зеркалу. Там по-прежнему стоял тот же незнакомый парень. Он тяжело дышал. И повторял каждое мое движение. На этот раз до меня начало доходить. Это было не зеркало. Это был я. Я несколько раз крепко зажмурился. Раз. Два. Три. Открыл глаза. Ничего не изменилось. Из зеркала по-прежнему смотрел тот самый парень. Ладно... сказал я вслух. Если это сон, то больно уж качественный. Я ущипнул себя за руку. Больно. Для верности ущипнул еще раз. Еще больнее. Нет... Так не бывает. В голове словно открыли старый шкаф, набитый чужими вещами. Вспышки воспоминаний накатывали одна за другой. Школа... Какой-то двор... Футбол... Первый поцелуй... Экзамены... Общежитие... Имена... Лица... Они были не моими. Я схватился за голову. Да прекратите вы... Воспоминания смешивались с моими собственными. Я помнил свою жену. Помнил детей. Помнил внука. Помнил, как умирал. И одновременно знал, что меня зовут совсем иначе. Что мне восемнадцать лет. Что вчера я лег спать после заселения в общежитие. Да вы издеваетесь... Я сел на кровать. Белая крыса выбралась к прутьям клетки и внимательно смотрела на меня. Хоть ты мне скажи, что происходит. Крыса только пошевелила усами. Ясно. От тебя помощи не дождешься. На столе лежал новый студенческий билет. Я осторожно открыл его. Фотография. Та самая молодая физиономия. Фамилия Круженов. Имя. Егор. Отчество. Дмитриевич. Я прочитал их вслух несколько раз, будто пробуя на вкус. Нет. Это был не я. И в то же время... теперь это был именно я. В дверь неожиданно постучали. Не дожидаясь ответа, она распахнулась. Ты чего еще спишь? раздался веселый голос. На первую пару опоздаем! На пороге стоял высокий худой парень с полотенцем на шее и зубной щеткой во рту. Он посмотрел на меня и нахмурился. Ты чего такой бледный? Заболел? Я молчал. Эй... Ты меня вообще слышишь? Слышу... Тогда собирайся. Через пятнадцать минут электротехника. Если опять проспим, Семеныч нас сожрет. Электротехника... Слово будто ударило током. Я ведь действительно когда-то учился на электрика... Только это было... тридцать с лишним лет назад. И вдруг меня прошиб холодный пот. Если мне снова восемнадцать... Если это не сон... Значит... Я действительно получил второй шанс. Значит, я... Круженов Егор Дмитриевич... Я несколько раз повторил имя про себя, привыкая к нему. «Егор Дмитриевич Круженов... Теперь это я.» А как зовут моего соседа? Стоило об этом подумать, как память сама выдала ответ. Димкеев Василий. Отчество, как ни старался, вспомнить не смог. Странное ощущение. Будто в голове лежали две жизни одновременно. Одна моя, прожитая до самой смерти. Вторая этого восемнадцатилетнего парня. Стоило о чем-то задуматься, как нужное воспоминание само всплывало из глубины памяти. Я помнил общежитие. Помнил корпуса энергетического института. Помнил преподавателей. Даже Семеныча вспомнил. Занудный мужик, если честно. Быстро умывшись, почистив зубы и натянув одежду, я выскочил вслед за Василием. Общежитие стояло прямо через дорогу от энергетического факультета, поэтому до первой пары мы добрались за несколько минут. Я влетел в аудиторию и остановился. Тридцать один человек. Двадцать три девушек. Восемь парней. Я никого не считал. Просто память сама подсказала. Чего стоим? раздался недовольный голос. Я словно очнулся. За преподавательским столом стоял Семеныч. Лет сорока с небольшим. Уже заметно седой, но с густой шевелюрой. Он внимательно разглядывал группу так, словно видел нас впервые. Все быстро расселись. Я занял место за первой партой. Семеныч обвел аудиторию тяжелым взглядом и вместо обычного приветствия произнес: Ну что... никто еще замуж не вышел? В аудитории стояла тишина. Может, хоть кто-нибудь забеременел? Девчонки смущенно покраснели. Парни дружно опустили головы. Никто даже не улыбнулся. Шутки Семеныча были опасны. Засмеешься не вовремя потом всю сессию будешь пересдавать именно ему. А электротехника была профильным предметом. Провалишь можно сразу собирать вещи. Семеныч еще раз оглядел аудиторию, отвернулся и крупными буквами написал на доске: «ДВИЖЕНИЕ ЭЛЕКТРОНОВ»
