В трактире, выстроенном в предгорье, но все же выше остального мира, лучше всего готовили эль и тушеную картошку. Настолько хорошо, что в какой-то момент от этих блюд начинало тошнить. Публика в этом трактире мнимо одиозная – пьянчуги в поношенных плащах. Если же вглядеться, то можно различить странников, ищущих прозрение в своем пути, и закоренелых деревенских, что в данное заведение заходили так же часто, как в собственный сортир. Но если вглядеться еще настойчивее да подключить некое пятое чувство, третий глаз, второе зрение или же просто здравый смысл, то можно заметить, что некоторые пьянчуги держат себя уж слишком хорошо, а твердость их походки была прямо пропорциональна степени опьянения – чем больше в их желудках эля, тем четче их шаг.
Это было начало февраля. Место: Юго-Восточный край, территория княжества Уюмей, горный хребет Асальмион, предгорье пика Вешты, поселение Арна.
У Терезы Анцафел всегда были беды с географией. Она безбожно путала названия городов, с трудом могла перечислить все имеющиеся княжества, треть из которых едва могла указать на карте и лишь у нескольких из них назвать столицы. Тереза могла легко ориентироваться в лесу, в темноте, в любом замке мира, в какой ее ни заведи, но сообразить, как ориентироваться по картам местности было для нее непосильной задачей. Так уж вышло, что достигнув успеха в каком-либо навыке, неминуемо останешься неучем в навыке другом. Тереза превосходно взламывала замки, скрывалась от преследования и дралась, но стыдливо прятала глаза, когда необходимо было припомнить название какого-либо города и путь до него.
Но дорогу к Арне она проложит даже сквозь сон из любой точки мира. Потому что пик Вешта и стал кошмарным сном.
Проснувшись от неглубокого сна, Тереза долго смотрела перед собой, вслушиваясь в полуночный гул Нан Этая. Она вообще не собиралась спать, просто так получилось. Перед тем как провалиться в дрему, пришлось несколько часов высиживать за деревьями без видимых перспектив выпрямить спину. Из-за этого, собственно, дух сна на нее и напал. Настиг ее среди узловатых корней сосен, среди лысых кустов шиповника.
– Беда, – прокомментировала Тереза свое положение, выпрямляя затекшие ноги.
Перед этим она не спала много дней, да только это не оправдание. Проблема не столько в том, что уснула она на голой земле, покрытой снегом, привалившись к стволу дерева, а более всего в том, что совсем рядом Нан Этай, невзрачный трактир, что на самом деле был связной точкой Гончих. В это захудалое пристанище пропойц все время заходили люди, там никогда не было пусто. Да вот только большинство постояльцев – наемники. А от них Терезе приходилось скрываться. И совсем никак нельзя было засыпать рядом с подобным местом.
