Пепел Первого Контакта: Хроники Хребта Сварога
[РЕЕСТР ИМПЕРСКОЙ ГЕОЛОГОРАЗВЕДКИ // СЕКТОР: СИГМА-9]
[ОБЪЕКТ: ПЛАНЕТА КУЗНЕЦ-4 (ПЕРИФЕРИЯ)]
[СТАТУС: ЗАСЕКРЕЧЕНО // ДОПУСК: УРОВЕНЬ «МАГИСТР»]
АКТ I: ТЯЖЕЛАЯ ВОДА И РЖАВАЯ СТАЛЬ
Планета Кузнец-4 никогда не знала тишины. Её атмосфера, перенасыщенная соединениями серы и тяжелыми изотопами водорода, беспрерывно выла в пролетах колоссальных буровых платформ Индастриал-Корп. Здесь, на Хребте Сварога, люди не жили — они выгрызали у кремниевой коры планеты ценную породу: прото-металл флерит, способный искривлять пространственные метрики при подаче высокочастотного тока.
Капитан Максим Ольшанский сидел в рубке управления тяжелого шагающего комбайна «Богатырь-12». Его левая рука, оторванная взрывом метанового кармана три года назад, теперь представляла собой тяжелый гидравлический протез компании «Урал-Кибернетикс». Механические пальцы со скрежетом сжимали медный рычаг управления плазменным буром. На Максиме был надет промасленный штормовой скафандр, покрытый коркой застывшей соли и бурой грязи.
— Капитан, глубина три тысячи, — раздался в динамиках хриплый голос Лизы Ковач, главного геофизика экспедиции. Её аватар на маленьком монохромном экране мигал от электромагнитных помех. — Датчики плотности сошли с ума. Мы уперлись не в гранит. Там… металлическая плита. По коаксиальному сканеру — чистый, бездефектный монолит. И он поглощает наше излучение.
Максим сплюнул на рифленый стальной пол рубки остатки горького табака и перевел взгляд на фасеточный радар. Зеленый луч раз за разом очерчивал идеально ровную линию на глубине трех километров под гусеницами их махины.
— Лиза, Индастриал-Корп платит нам за кубометры руды, а не за загадки, — ответил Максим, и его механический локоть издал тихий свист, сбрасывая избыток давления масла. — Включай плазменный резак на максимум. Если это заброшенный советский бункер Первой Волны — вскроем и сдадим на металлолом. Если что-то поинтереснее — получим премию и улетим с этой проклятой дыры на курорты Элизиума.
— Ты не понимаешь, Макс, — голос Лизы сорвался на шепот. — Это не Первая Волна. Возраст вмещающей породы — четыре миллиарда лет. Тогда на Земле еще бактерии в лужах не плавали.
Рубка «Богатыря-12» содрогнулась. Мощный удар снизу заставил многотонную машину накрениться на правый борт. Вспыхнули красные лампы аварийной сигнализации. По внутренней обшивке побежал пронзительный гул — так звучит металл, когда его сжимает колоссальное внешнее давление.
— Сбой в цепи питания бура! — закричал автоматический бортовой ИИ «Лада». — Прорыв термоядерного контура через тридцать секунд. Эвакуация…
