Туман стелился над рекой, словно дыхание древних духов, следивших за людьми из чащи. Лада шагала вдоль опушки, прижимая к груди корзину с травами. Утренний холод пробирал до костей, но она не жаловалась — скоро будет зима, а она училась терпеть.
Лес казался живым: шёпот ветра в ветвях, шорох опавших листьев под ногами, далёкий крик ворона. Здесь, на берегу Волхова, люди жили в тени дубов и сосен, помнивших времена, когда боги ходили среди смертных.
Лада остановилась, глядя на воду. Чёрная гладь словно отражала полную луну, висевшую в небе прошлой ночью. Вчера волки выли громче обычного. Старая Веда, сидя у очага, бормотала про Велеса.
— Он слышит, когда мы забываем его дары, — говорила она, теребя кривыми пальцами шерстяную нить.
Лада не расспрашивала — наставница не любила лишних слов.
Поселение просыпалось медленно. Дым поднимался над соломенными крышами, дети бежали к реке с деревянными вёдрами, мужчины проверяли сети. Лада прошла мимо избы старосты Влада. У порога стояли варяги — высокие, светловолосые, с топорами на поясах. Они появились три дня назад, приплыв на длинных лодках с драконьими мордами. Говорили, пришли торговать, но Лада видела в их глазах жадность вместо мира.
— Эй, девка! — окликнул один, с рыжей бородой и шрамом через щёку. — Несёшь травы своим колдуньям?
Лада промолчала, лишь ускорила шаг. Варяги смеялись вслед, но она не оглянулась. Веда предупреждала: «Чужаки не чтут наших богов. Берегись их».
Дома, в низкой избе с земляным полом, старуха уже ждала. Она сидела у огня, согревая руки над углями. Лицо, изрезанное морщинами, напоминало кору старого дуба, а глаза блестели, как у кошки в темноте.
— Показывай добычу, — велела она, не поднимая взгляда.
Лада поставила корзину на стол.
— Иван-чай, зверобой, немного полыни. У реки скудно — земля слишком сырая.
Веда хмыкнула, перебирая стебли.
— Полынь горька, но от злых духов бережёт. А зверобой… — Она замолчала, принюхиваясь. — Лес неспокоен сегодня.
Лада кивнула. Она тоже чувствовала тяжесть в воздухе, будто из чащи пристально следили.
— Что варяги делают у Влада? Опять хвалятся? — спросила девушка.
— Хвалятся, — буркнула Веда. — Вчера их добычей стал тур. Огромный, с рогами в два локтя. Ленты на нём висели, красные, как кровь.
Лада замерла.
— Священный тур? Они посмели?
Веда подняла взгляд, и в её глазах мелькнул страх.
— Посмели. А ночью волки выли. Слышала?
Лада кивнула. Вой был низким, долгим, почти человеческим. Она проснулась от него, лёжа на лавке, и долго смотрела в темноту, пока наставница не зашептала заговор от злых духов.
