Споткнувшись, я падаю на четвереньки.
Дыхание вырывается из меня с каким-то хрипящим свистом.
В отчаяние закрываю глаза, понимая, что сил бежать дальше больше нет.
Сколько вот так я бежала? Час? А может вообще прошло всего минут двадцать?
Всё, Алиса, кажется, ты достигла своего предела.
С отчаянием всхлипываю и крепко зажмуриваюсь, чувствуя как из глаз капают слезы на снежный покров земли.
Вдалеке слышу голоса своих преследователей. Мозг у меня не так замерз как тело, поэтому тут же дает всем моим мышцам команду «Бежать!». Рефлекторно подрываюсь с земли и тут же с криком, взмахнув руками в воздухе, падаю на задницу.
И пожалуй, именно в этот момент я понимаю, насколько сильно замерзла. Майка, теплые джинсы и фланелевая рубашка – точно не та одежда, которая спасет от сибирского мороза и пронизывающего ледяного ветра.
Стопы ног я уже вообще не чувствую.
Мерзкие голоса преследователей ближе.
С трудом, но удается развернуться лицом в сторону леса, откуда вот-вот должны выйти эти сволочи. И пока жду их, заторможено оглядываюсь по сторонам, выбивая зубами чечетку.
А тут красиво… на совсем небольшой поляне, в центре которой я нахожусь.
Обняв себя за плечи практически застывшими руками, любуюсь красотой этого места. Это кажется абсурдом - зная, что тебя скоро скорее всего убьют, чем-то любоваться, а не пытаться бежать дальше. Но я четко понимаю - больше я не смогу встать. Тело совсем окоченело от холода.
Луна сегодня светит настолько ярко, что её свет довольно хорошо освещает это место и меня, конечно же. Снег в лунном сиянии блестит и искрится. А ещё звонко хрустит подо мной, когда я начинаю заваливаться то в одну сторону, то в другую.
Кровавые следы от моих ног, ведущие из леса прямо в центр поляны – даже они не вызывают какого-то отвращения.
Перед глазами начинает всё плыть.
В этот момент на поляну выходят четверо парней, громко и пьяно смеясь.
- Ну что, попалась лисичка! – мерзко ухмыляется один из них. – Готова расплачиваться за то, что совершила?
Медленно и не спеша они выдвигаются в мою сторону. Но моментально застывают на месте, когда в лесной чаще за моей спиной раздается яростный рёв, сливающийся со звуком лопающихся веток.
Эхо этого низкого рыка волной прошлось по поляне и понеслось дальше.
- Это кто? Медведь? – испуганным голосом задает вопрос самый молодой парень, как только рык повторяется, но уже значительно ближе и ещё яростней.
Он начиная пятиться назад, поднимая ружье и направляя его поверх моей головы.
- Твою же мать! – раздраженно рычит тот, который обращался ко мне. - Надо валить парни. Наши дробовики нихера не помогут нам против медведя. Только разозлят его и…
