Глава 1: Тяжесть пыльного утра
Серый рассвет едва пробивался сквозь узкое, засиженное мухами окно коммунальной квартиры. Грегор лежал на спине, уставившись в потолок, где пожелтевшая побелка трескалась, напоминая карту неизвестных земель. Его тело болело – привычная, тупая боль в пояснице и плечах, верный спутник грузчика четвертого разряда.
Ему было тридцать два. Он был высок, непропорционально длинные руки с узловатыми суставами покоились поверх линялого одеяла. Лицо его казалось высеченным из мягкого, усталого камня: впалые щеки, редкая русая щетина и глаза цвета дождевой лужи.
Из кухни донесся кашель матери. Марта уже встала. Слышно было, как она шаркает тапками, ворча на протекающий кран. В соседней комнате завозилась Лия, его двенадцатилетняя сестра. Грегор закрыл глаза. Ему не хотелось вставать. Ему не хотелось говорить. Каждое «доброе утро» требовало от него столько же сил, сколько подъем тридцатикилограммового ящика с деталями на пятый этаж склада.
– Грегор! – голос матери прорезал утреннюю тишину. – Вставай, недотёпа. Опять опоздаешь, расчетчик вычтет из пайки. Чем Лию кормить будем?
Грегор тяжело вздохнул. Голод. Единственная цепь, которая привязывала его к этому миру. Если бы не пустота в желудке и не тихий взгляд сестры, он бы никогда не покинул эту кровать.
Он сел, свесив ноги. На нем была серая, застиранная майка и старые рабочие штаны, пахнущие машинным маслом и пылью. В углу комнаты на тумбочке лежал обрывок бумаги – рисунок Лии. Она нарисовала синее дерево с огненными плодами. Грегор замер, глядя на него. Его «маленькое я» внутри шевельнулось, заскреблось в запертую дверь разума.
«А что, если небо может быть другого цвета?» – промелькнула мимолетная, запретная мысль-фантазия. Но он тут же подавил её. Фантазии не дают талонов на суп.
Выйдя в тесный коридор, он столкнулся с сестрой. Лия, худенькая, с копной таких же непослушных русых волос, протянула ему завязанный в тряпицу узелок с обедом – кусок черствого хлеба и две вареные картофелины.
– Опять будешь ящики таскать? – тихо спросила она.
Грегор лишь кивнул, избегая смотреть ей в глаза. Разговор истощал. Он чувствовал, как энергия утекает из него, стоит только начать строить предложения.
– Будь осторожен, – добавила она, коснувшись его локтя. – Ты сегодня какой-то… прозрачный.
Грегор ничего не ответил. Он натянул тяжелые ботинки с железными носками, набросил выцветшую робу и вышел за дверь.
Город встретил его привычным гулом. Здесь не было магии – только ржавый металл, дым из труб заводов и бесконечные очереди у распределителей. Электроника работала со сбоями: старый уличный экран мигал, показывая серые помехи. Люди вокруг шли, опустив головы, такие же серые, как и сам город.
