ПЕСОК ВО РТУ
книга 1
Глава 1. Пробуждение
Он приходит в себя от собственного дыхания — частого, поверхностного, счёт сбивается на пятой выдохе. Воздух сухой, с примесью металла и пыли, будто глотает опилки. Свет рождается полосами: узкие линзы по потолку мигают, пытаясь вспомнить ритм. Слева — стенд с чёрными ремнями, справа — дверь без ручки, гладкий прямоугольник с еле заметным швом. Пол дрожит едва-едва, как поверхность, под которой кто-то шепчет.
Он считает, чтобы не чувствовать. Числа встают между ним и паникой, как мятые щиты. Дистанция до двери — на глаз два метра и девять сантиметров. Время мигания ламп — сейчас 1,3 секунды на цикл. Его пульс: если верить сухому тиканью в ухе, 108. Можно согнать хотя бы до 90 за двадцать секунд, если…
HUD вспыхивает без запроса: бедный интерфейс, как чужой голос под ребром.
Задача: Секция С-12. Активировать эвак-маяк. Время окна: 06:24:12 — 06:34:12.
ТС: 0.37 (локальная плотность наблюдения)
Ресурсы: 3/3 (заряды), 1/1 (ключ-петля), 0/1 (запасной выход)
Связь: затухание 0.6, задержка переменная.
Он скользит взглядом по цифрам, как по красным нитям на полу. В окно помещается десять минут; коридор к С-12 — если по прямой, он считает — восемьдесят семь шагов нормального шага, или шестьдесят девять ускоренного, с вероятностью потери равновесия на пятнадцатом. Если обойти через узел вентиляции — двести с хвостом. Прямая — быстрее. Прямая — лучше, если мир — нейтральная плоскость с клетками.
Дверь без ручки отвечает на ладонь. Тепло скользит в запястье, касается кости. Он думает слово «открыть», но не произносит — лишние циклы дыхания нужны на другое. Шов сдвигается. За ним прохладно, пахнет мокрой тканью и чем-то кислым.
Она уже там, опирается плечом на стену: капюшон отбрасывает тень, глаза в темноте блестят, как два гвоздя. Картограф. Она не здоровается, не говорит «жив?», не подаёт знаков. Просто кивает едва заметно — готовность есть и у молчания.
За её спиной — трое.
Сборщик — тощий, плечи как вешалки. На ремнях у него висят мешочки, карманы; он косится под ноги в поисках того, что другие не видят. Он всегда собирает лишнее. Уже сейчас его ладонь скользит по краю двери, находит отпавший кусочек уплотнителя; он поднимает его, рассматривает, откладывает. И задерживается на полшага, пока остальные делают уже два.
Импульс — наоборот. Пружина в человеческом виде, пальцы на спуске, даже когда оружие опущено. Он смотрит дальше всех, как будто кто-то поставил ему бегущую строку в глазах, и эта строка всё время обещает «потом». Команд ждать не умеет — и чаще спасает, чем губит. Но это — чаще.
