Глава 1. Проклятый контракт
Утро в Пивограде начиналось с запаха. Сначала – свежий хлеб из пекарни Толстой Магды. Потом – навоз с рыночной площади. Потом – пиво. Пиво в Пивограде пахло всегда: утром, днём, ночью и в промежутках между ними. Город стоял на источнике, чья вода была создана богами исключительно для того, чтобы варить эль, и жители относились к этому дару с религиозным почтением.
Грогнур Громобой ненавидел утро. Не как концепцию – он понимал, что солнце должно где-то всходить, – а как личное оскорбление. Каждый рассвет напоминал ему, что наступил новый день, а он по-прежнему не великий герой, не легенда и даже не тот парень, о котором рассказывают за кружкой эля. Он тот парень, который за элем бегает.
– Доброе утро! – сказал Пых, высовывая морду из-под одеяла.
Дракончик устроился на подушке, свернувшись клубком, как наглая рыжая кошка. Размером он был примерно с упитанного кота и обладал самомнением примерно с упитанного дракона. Один рог у него был чуть обломан – результат инцидента, о котором они условились не говорить, хотя Пых нарушал это условие примерно каждые три дня.
– Не вижу ничего доброго, – буркнул Грогнур, стягивая с себя то, что оптимист назвал бы одеялом, а реалист – куском мешковины с претензиями.
Их жильё – комната над конюшней таверны «Пьяный Пегас» – было тесным, низким и пахло лошадьми. Грогнуру приходилось нагибаться, чтобы не задевать потолок, а он уже и так ходил слегка сутулясь – привычка всех орков, уставших от того, что люди при виде них хватаются за мечи, кошельки или детей. Иногда – за всё разом.
Грогнур был здоровенным. Зелёная кожа, клыки, торчащие из нижней челюсти, мощные плечи и руки, которыми можно было гнуть подковы, – если бы он хоть раз попробовал. На деле его руки чаще всего были заняты тем, что чесали затылок в растерянности. Лицо у него было, по оркским меркам, вполне добродушное. По человеческим – примерно как у того, кого вы не хотите встретить в тёмном переулке. Или в светлом. Или вообще где-либо.
– У нас овсянка, – сообщил Пых, заглядывая в котелок на подоконнике. – Вернее, у нас была овсянка. Теперь у нас есть научный эксперимент по выращиванию плесени.
– Значит, завтрак в таверне.
– На какие деньги?
Грогнур пошарил в кармане и извлёк три медяка – один из которых при ближайшем рассмотрении оказался пуговицей.
– На энтузиазм, – сказал он.
Пых вздохнул. Для существа размером с кошку он вздыхал удивительно громко – как будто всё разочарование мира сконцентрировалось в одной маленькой чешуйчатой груди.
– Знаешь, что отличает великого героя от неудачника? – спросил дракончик, перебираясь Грогнуру на плечо.
