Тронный зал, вырубленный в самом сердце бездонной скалы, дышал древним, давящим величием. Аромат тяжелых, приторно-сладких благовоний — смеси сандала, мирры и чего-то дурманящего — тяжелой пеленой стелился по темному камню, безуспешно пытаясь перебить въевшийся в стены запах разогретой серы, исходящий от лежбища Дракона. Свет факелов, чадящих магическим пламенем, выхватывал из полумрака силуэт Кунидры.
Она стояла в центре зала, словно верховное божество боли и удовольствия. Черная кожа, облегающая её красивое тело, поблескивала как чешуя ночной рептилии. В руках она удерживала идеально выделанный хлыст, который время от времени змеился по полу, вторя её собственным грациозным движениям. Кунидра шла вдоль строя наложниц, словно хищница, медленно присматривающаяся к добыче. Её взгляд — острый, холодный, пропитанный властью — скользил по девушкам, обнажая их души быстрее, чем одежду.
Первой в ряду стояла Лира. Её кожа напоминала алебастр, а волосы, каскадом спадавшие на плечи, отливали жидким серебром. Она была воплощением хрупкой невинности, её большие груди нервно подрагивали, а пухлые губы маняще были открыты. Кунидра задержалась возле неё, кончиком хлыста приподняв подбородок девушки. Лира вскрикнула от неожиданности, и её глаза, полные слез, молили о пощаде. Это была классическая покорность, пробуждающая в Кунидре холодное удовлетворение.
Следующей была Элара, высокая, с медовым оттенком кожи и копной огненно-рыжих волос. Её тело было атлетично сложенным, а в глазах, несмотря на страх, читалась дерзость. Она держала спину прямо, пытаясь скрыть дрожь в коленях. Кунидра оценила её гибкость; такие тела словно самой природой были созданы для того, чтобы подстраиваться под ритмы Дракона, извиваясь в экстазе подчинения.
Третьей была Изольда — кроткая нимфа с фарфоровой кожей и огромными, испуганными глазами цвета морской волны. Её красота была тихой и утонченной, как редкий цветок, растущий в тени. Она была податлива, как воск, и Кунидра уже видела, как эта девушка станет идеальным сосудом для достоинства Дракона.
Кунидра сделала едва заметный жест рукой, и стража отделила тройку избранных. Но затем её внимание переключилось на ту, кто стояла в самом конце — на Александру.
Александра выделялась среди остальных, как пламя среди золы. В её облике не было суетливого страха. Тёмные, почти иссиня-черные волосы обрамляли лицо с высокими скулами, а глаза — глубокие, как океанская бездна — смотрели на Кунидру с такой нескрываемой силой, что в воздухе между ними начали плясать едва уловимые искорки статического электричества. Это была не просто красота, это была мощь, спрятанная под маской обреченности.
