Глава 1. Хирургическое вмешательство
Слухи в СИЗО распространяются быстрее, чем вирус гриппа в детском саду. У них нет ног, но они просачиваются сквозь решетки, впитываются в бетон стен и разносятся сквозняками по коридорам.
К обеду весь отряд «медведей» уже знал, что в медкабинете сегодня не Анна Павловна, с ее вечно дрожащими руками и испуганным взглядом, а кто-то новый. Молодая. Девка. Говорят, даже симпатичная.
Для Андрея «Хирурга» Серова, который уже почти год ждал приговора, это была просто информация, не стоящая внимания. До тех пор, пока Колян, шестерка с соседней шконки, не подал идею:
— Хирург, а че мы как лохи? Баба же новая, не знает порядков. Может, у нее барбитуратов попросить? Для авторитета? А не даст — припугнем маленько?
Хирургу было сорок. За плечами — две ходки, третий срок и репутация человека, с которым лучше не пересекаться даже на воле. Его боялись не за бычьи габариты (он был жилист, поджар и опасен, как сжатая пружина), а за ледяное спокойствие и умение решать вопросы без лишнего шума. Кличку свою он получил не за любовь к медицине, а за то, что предпочитал «оперировать» людей заточкой, когда разговоры заканчивались.
— Цыц, — бросил он, даже не взглянув на Коляна. Но мысль зацепилась. Не из-за барбитуратов. Просто стало любопытно, что за птица прилетела в это осиное гнездо.
— Конвой! — коротко бросил он, и через минуту вертухай уже стоял у решетки. Авторитет Хирурга работал безотказно. — Приведи мне эту... новую. Из медкабинета. Скажи, осмотр требуется.
Через десять минут дверь камеры лязгнула, и на пороге появилась она.
Маленькая, хрупкая на первый взгляд. Лет двадцать пять, не больше. Русые волосы стянуты в тугой узел на затылке, взгляд серых глаз — цепкий и наглый. Форменный халат сидел на ней ладно, но не по-казенному, а с какой-то своей, особой посадкой. Ни тени страха или того привычного холуйства, которое Хирург привык видеть у персонала.
— Кто требовал врача? — спросила она, окидывая взглядом камеру и останавливая его на Хирурге. Интуиция сработала безошибочно.
— Я требовал, — Хирург сидел на нижних нарах, откинувшись на стену. Голос низкий, ровный, как работающий мотор. — Проходи, доктор.
— Я не доктор, я фельдшер, — она даже не шагнула внутрь, оставшись на пороге, будто отделенная невидимой линией. — И осмотр проводится в медкабинете. Если у вас жалобы — пишите заявление. Приду завтра на обходе.
В камере повисла тишина. Колян и остальные двое сокамерников замерли, ожидая, как Хирург раздавит эту наглую муху. Так с ним никто не разговаривал. Тем более здесь, в его «берлоге».
