Глава 1. Багровый закат над Вилкавом
Воздух над Вилкавом всегда пах иначе. Не просто сосновой смолой или дымом из труб пекарен, а чем-то древним, каменным и холодным. Город был вырублен прямо в скалах Зубчатого хребта, его шпили, башни и жилые дома лепились к отвесным стенам ущелья, соединяясь тысячами арочных мостов. На закате солнце золотило витражи Собора Вечного Эха, и город казался гигантским драгоценным ларцом.
Эйра стояла на Верхнем Ярусе, на смотровой площадке Дома Ветров, где жила с отцом. Кожаные ремни портупеи неприятно липли к телу после дневной тренировки. Ей было девятнадцать, но тонкие запястья и изящная шея делали её похожей на хрупкую статую, которую неосторожно вырезали из черного мрамора. Волосы, угольно-черные и тяжелые, она стянула в низкий хвост, открывая бледное лицо с серыми, как грозовое небо, глазами.
Отец говорил, что эти глаза — признак древней крови. Такими были первые маги, пришедшие с Севера.
Сегодня она была одета не в плотный тренировочный фартук, а в свою «городскую» одежду: длинный, до середины бедра, черный жакет из толстой шерсти, подбитый стальными пластинами. Воротник-стойка закрывал шею. Под жакетом — только тонкая полоска бинтов, туго стягивающая грудь, чтобы не мешала в драке. А ниже... ниже был вызов. Черная кожаная юбка, скорее даже широкая полоса, закрепленная на поясе с металлическими заклепками, едва прикрывала бедра. Ниже — длинные, мускулистые ноги, открытые ветру и чужим взглядам. Глупо? Возможно. Но в тесноте уличных схваток и узких переулков лишняя ткань — это враг, за который тебя могут дернуть и прирезать. На бедрах, в ножнах, закрепленных так, чтобы можно было выхватить молниеносно, покоились два кинжала. Не парные, а разные. Левый — прямой, тонкий, для уколов между ребер. Правый — тяжелый, с широким лезвием и бронзовым навершием в виде волчьей головы, для рубящих ударов. Их подарил отец, когда ей исполнилось шестнадцать.
— Эйра, иди в дом, — раздался сзади низкий, чуть хриплый голос.
Она обернулась. На пороге стоял Кайл. Бывший капитан городской стражи, а ныне просто отец. Высокий, жилистый, с седой щетиной и выцветшими голубыми глазами. Он хромал — старая рана, полученная в стычке с лесными разбойниками. Несмотря на хромоту, он все еще двигался с грацией хищника, готового к прыжку.
— Воздух странный, — сказала Эйра, не двигаясь с места. — Он слишком тихий.
Кайл подошел к парапету и посмотрел вниз, где в сумерках зажигались первые огни Нижнего города. Он принюхался, как старый волк.
— Пахнет гарью. Но далеко. Может, лесной пожар где-то за хребтом.
