Эксперименты на туалетной бумаге
СОДЕРЖАНИЕ
Глава 1. Мягкая, как попка младенца……………………………………………………….4
Глава 2. Лысина, нос и Моана………….…………………………………………………..22
Глава 3. Повиновение ведет к повышению ………...………………………………….….36
Глава 4. Друг познаётся в беде, которую я ему устрою………………………………… 48
Глава 5. Тоска зелёная .…………………………………………………………………….53
Глава 6. 23-19………………………..……………………………………………………….60
Глава 7. Ключ ко всему………………………………………………………………..…….68
Глава 8. Спасательная операция «Белый носок»………………………………..…………73
Глава 9. Извините, у нас сегодня корпоратив……………………………………….….80
Глава 10. Человек, который держит поводок………………………………………………90
Глава 11. Чистый лист……………………………………………………………………….97
Глава 12. Эпилог. Семен Семеныч…………………………………………………………100
«Нет ничего более пугающего и одновременно
более вдохновляющего, чем чистый лист бумаги».
— Маргарет Этвуд
Глава 1. Мягкая, как попка младенца.
Будильник сдох. Не метафорически — он просто сдох, потому что я забыл его зарядить. Или потому что он, как и я, устал просыпаться в этом мире. Телефон показывал 10:47 и девять пропущенных от Паши. Девять. Паша — это мой «лучший друг» и по совместительству ассистент бренд-менеджера. Бренд-менеджер — это я. Зовут Виктор Зимин. Или как говорят зумеры Виктор Зимин Михайлович. Тридцать четыре года. Живу один в съёмной бетонной коробке, где из мебели — матрас, стул Eames (поддельный, но на это плевать, потому что настоящий стул Eames не сделает тебя счастливее, я проверял) и гора коробок из-под пиццы, которую я не выношу из принципа. Принцип такой: мне лень.
Телевизора у меня нет. Я избавился от него три года назад, когда понял, что он не показывает ничего, кроме плохих новостей и хорошей рекламы вещей, которые мне не нужны. С тех пор в квартире тихо. Только холодильник гудит, трубы иногда воют, да мои собственные мысли ходят кругами, как звери в зоопарке.
В окно било солнце. Белое, плоское, как бумага формата А4. Солнце в Москве — это просто ещё один источник раздражения. Оно ничего не греет, но всё выставляет в неприглядном свете. В моём случае — в очень неприглядном.
Я сел на матрасе и потянулся за телефоном. Пропущенные от Паши. Ещё от кадровика. Ещё от кого-то, кого я не сохранил и кто, вероятно, ошибся номером. Или жизнью.
Телефон зажужжал снова. Паша. Десятый раз.
— Алло, — сказал я голосом, который обычно используют, чтобы сообщить о смерти любимого хомячка.
— Витя, блядь! — Паша звучал так, будто его хомячок только что воскрес и требует назад свои деньги. — Ты где? Ты вообще в курсе, что Аркадий Борисович тебя искал? Лично! С утра! Он сказал: «Где Зимин?» И я не знал, что ответить!
