Глава 1. Скалка с характером
В тот вечер я собиралась сделать три вещи: дописать макет для курсовой, испечь яблочный пирог и не отвечать маме.
С первым всё шло плохо. Со вторым – терпимо. Третье удавалось великолепно.
Телефон уже второй раз прополз по столу от вибрации. Я поймала его локтем, не отрывая рук от миски с мукой, посмотрела на имя на экране и перевернула дисплеем вниз.
– Завтра, – сказала я телефону.
Телефон ничего не ответил. В отличие от некоторых предметов в моей квартире, как выяснилось позже, он вообще был воспитан замечательно.
Я жила одна чуть больше двух лет и за это время освоила очень полезную взрослую привычку: если день окончательно испорчен, можно объявить ужином что угодно. Например, яблочный пирог. Там яблоки. Значит, витамины. Там яйца. Значит, белок. Вопрос закрыт.
Кухня была маленькой, с жёлтыми шкафчиками, которые давно следовало заменить, но у меня не поднималась рука.
Скалка тоже была бабушкина.
Тяжёлая, буковая, с чуть более тёмными ручками и двумя неглубокими зарубками на боку. Одну оставила я лет в десять, когда решила, что скалкой удобно раскалывать грецкие орехи. Вторую – бабушка, когда отбирала её у меня.
– Ничему жизнь не учит, – пробормотала я, доставая скалку из ящика.
За окном прошёл трамвай. По стеклу пополз отсвет красных огней. Я посыпала стол мукой, положила тесто и взялась за ручки.
И услышала мужской голос.
– Чёрт.
Я замерла.
В квартире работал холодильник, тикали часы и где-то у соседей сверху двигали мебель. Мужского голоса в списке бытовых шумов не было.
Я отпустила скалку.
Тишина.
– Отлично, – сказала я. – Двадцать лет. Галлюцинации. Очень своевременно.
Потянулась к телефону. В этот момент голос произнёс уже отчётливее:
– Эй. Вы меня слышите?
Я медленно повернулась.
На кухне никого.
Проверила дверь. Закрыта. Заглянула под стол. Если бы там сидел человек, это было бы гораздо тревожнее, но хотя бы объяснимо.
– Кто здесь?
Молчание.
Я постояла, чувствуя себя героиней дешёвого ужастика, которая сейчас обязательно полезет в тёмный подвал вместо того, чтобы выбежать на улицу.
Потом снова взяла скалку.
– Да наконец-то. Где я?
Я уронила её на тесто.
Скалка прокатилась сантиметров на двадцать и остановилась.
– Осторожнее! – возмутился голос.
Я смотрела на неё.
– Нет.
– Что – нет?
– Этого нет.
– Меня?
– Говорящей скалки.
Несколько секунд он молчал.
– Скалки?
– Именно.
– Вы сейчас шутите?
Мне очень хотелось, чтобы шутил кто-нибудь другой.
Я ткнула скалку пальцем.
Ничего.
Взялась за ручку.
– Не делайте так.
Я отдёрнула руку.
– Почему?
– Потому что это… странно ощущается.
