С самого детства я фанател от ковбоев.
Когда другие пацаны в Ново-Архангельске засматривали до дыр кассеты про кунг-фу и карате, я в батиной шляпе позировал перед зеркалом и практиковался на скорость выхватывать оружие из воображаемой кобуры.
Поэтому, глядя в дуло огромного револьвера, я не могу не отметить иронию, ведь прямо сейчас один из ковбоев собирается вышибить мне мозги.
* * *
Шестью часами ранее
Семейное ранчо Ри́ордана, Небраска.
Рай на Земле и зелёные кущи. Аромат благоухающих цветов и прекрасные девы. Амброзия на завтрак, обед и ужин.
Шучу, конечно.
Задница Сатаны. Под ногами раскалённая прерия с травой, прибитой сильнейшими ветрами. Лето невыносимо жаркое. Зима холодная за счёт высокой влажности и бесконечных буранов. Вонь от сотен коров и лошадей. Запах навоза по утру. Сомнительное хрючево из бобов, картошки и бекона в качестве еды. Окружение в виде дюжин грязных и потных мужиков с самого дна жизни с соответствующими повадками.
Я зову это место… Нет, не домом. Скорее, временным пристанищем. Сюда я перебрался шесть лет назад из Российской Империи, сбежав от ошибок молодости.
– Джордж!
Знакомый голос с визгливыми нотками выкрикивает фальшивое имя, которым я когда-то назвался, и вырывает меня из мыслей. А ещё заставляет гнедого коня по кличке Чарли всхрапнуть. Тот дёргается, а его грива стегает меня по лицу. Морщусь и успокаивающе провожу щёткой по лоснящемуся боку.
– Ну-ну, не бузи. Тем более, я почти закончил.
Денник[1] у Чарли первоклассный – просторный и светлый. Сквозь небольшое окошко под стропилами пробиваются солнечные лучи. Под ногами шуршат опилки. Я меняю их дважды в день, поэтому здесь не особо воняет. Сильный запах древесины, кожаной сбруи и, собственно, самого коня.
– Джорджи!
Периферийным зрением ловлю вертлявую фигуру Фила. Чернокожий юнец в замызганном комбинезоне шагает, как всегда нелепо. Смешно забрасывая наверх колени, пытаясь продемонстрировать всем новые кроссовки. Ёжик коротких волос. Глаза с хитрецой.
Крикун останавливается в полудюжине шагов. Ближе подходить не хочет, иначе ему придётся смотреть на меня снизу вверх. Это бьёт по его самолюбию. А так разница в росте не сильно заметна.
– Слушай, тебя Говнюк искал.
– Чё хотел? – вопросительно поднимаю бровь.
– Хрен знает, – Фил пожимает плечами. – Он возле дальнего загона. Лучше поспеши. Пока всех не забрызгало.
Он прав – у Говнюка ублюдочный характер. Достаться может любому, кто просто оказался рядом в неудачное время.
– Цезарь, идущие на смерть приветствуют тебя! – с ухмылкой отвечаю я, а мой собеседник лишь недоумённо щурится.
