Глава 1: Трещина в Реальности
Питер. Квартира Жени-художницы.
Сон не отпускал. Женя сидела на краю кровати, пальцы дрожали, пытаясь закурить. Пепельница была завалена окурками, а на мольберте – новый кошмар, рождённый за ночь. Не абстракция, а почти фотографическая точность: двое детей, её глаза, его волосы, на фоне схематичного синего круга, испещрённого бинарным кодом, который она, художница, не должна была знать.
«Беги, Женя».
Голос детей эхом стоял в ушах. Он был чужим и своим одновременно. Словно её собственный разум говорил с акцентом её несуществующей жизни.
Она подошла к стене, завешанной десятками таких же рисунков. Все они начались после той странной «потери памяти» три года назад. Врачи говорили о стрессе, выгорании. Но на этих картинах были детали. Технические схемы, обрывки формул, лица мужчины и женщины, которые она видела только во сне – Андрея и Стаси. И всегда – синий круг. Портал. Капсула. Тюрьма.
Её телефон завибрировал. Незнакомый номер.
– Алло?
– Женя. Слушай внимательно. Ты не сумасшедшая. То, что ты рисуешь – реально. Им известно о тебе. Если ты хочешь понять, кто ты на самом деле, приходи сегодня в 18:00 на старый пивзавод на Выборгской. Один. Не рисуй больше кругов. – Гудки.
Сердце колотилось как молот. Это был розыгрыш? Но как они узнали про круги? Как они назвали её «Женей», а не «Евгенией», как её всегда звали?
Бруклина. «Логово Крыс».
Андрей-оригинал, бледный и сосредоточенный, смотрел на мерцающий экран, собранный Женей-инженером из хлама десятка симуляций. На нём – данные сканирования «шума» системы.
– Здесь, – ткнул он пальцем в аномальную вспышку. – Это не сбой симуляции. Это… внешний импульс. Слабый, но структурированный. Он повторяется. Он передаёт пакеты данных в виде… визуальных образов.
– Картины? – Женя-инженер, «Энж», склонилась над консолью. – Это невозможно. Система замкнута.
– Если бы она была полностью замкнута, нас бы тут не было, – хрипло сказала Женя-78, лидер «крыс». – «Закон дубля» работает в обе стороны. Он не копирует, он резонирует. Мы здесь – отголоски. А где-то там, в основе, есть источник. Оригинальная реальность. И кто-то в ней подсознательно принимает наш сигнал.
На экране проявилось размытое изображение, вытащенное из «шума»: фрагмент картины. Синий круг. Детские фигуры.
– Боже… – прошептала Женя-инженер. – Это…
– Это твой почерк, – закончил за неё Андрей. – Но не твой. Это другая ты. Та, что никогда не входила в «Парк». Чистая, незаражённая память.
Их взгляды встретились. В этом была безумная надежда. Если существует Женя вне системы, значит, где-то есть и их исходные, физические тела, не в капсулах «Омеги», а в реальном мире. И эта «внешняя» Женя, через свои картины, неосознанно картирует систему изнутри. Она видит её слабые места, узлы связи, возможно, даже местоположение «Омеги».
