Нейросеть досмотрщика моргнула изумрудным.
— Имя? — синтезированный голос администратора сочился скукой, способной растворить титан.
— Элеонора Вельская, — ответила Арина, глядя строго поверх его плеча. На бейдже администратора было написано «Илья». Илья был третьим за сегодня, кому она смотрела ровно в точку между бровей.
Она стояла в стеклянном кубе сканирования в главном холле Академии «Вертумн». За панорамными окнами бушевал океан, захлестывая подножие дамбы. Через двенадцать часов начнется сезон штормов, остров окажется в полной изоляции, и шанса на вторую попытку у нее не будет.
— Дата рождения?
— Двадцатое августа. Ноль седьмого. Ноль пятый.
Её настоящая дата рождения была в ноябре. У настоящей Элеоноры Вельской, чью личность она сейчас собирала по кусочкам из даркнета и закрытых реестров, были другие глаза и на два сантиметра выше рост. Но импланты последнего поколения стоили полугодового бюджета инженеров четвертого сектора. Поэтому Арина полагалась на старый отцовский метод: идеальную осанку, абсолютную уверенность в тембре голоса и каплю цинизма во взгляде. Элита терпеть не могла суетливости.
Куб полыхнул красным. Лазерная решетка прошла сквозь её одежду, кожу и кости.
— Несоответствие сетчатки, — констатировал Илья. — Гражданка Вельская, пройдите…
Арина плавно шагнула вперед, сокращая дистанцию. В рукаве её форменного жакета холодил кожу одноразовый инжектор.
— У вас устарели базы данных, администратор, — перебила она. — Мой отец лично курировал обновление протокола «Северное сияние» после инцидента в Новосибирске. Если вы сейчас нажмете кнопку вызова охраны, мне придется упомянуть в отчете отцу, что ваша система приняла мой новый бионический хрусталик за подделку. Представляете заголовки в «Вестнике Протокола»? «Министерство инноваций не отличает стекло от живой ткани».
Илья замер. Его пальцы зависли над консолью. Цинизм всегда работает быстрее, чем логика.
Зеленый свет.
— Добро пожаловать в «Вертумн», курсистка Вельская. Ваш ментор встретит вас у северного лифта.
Стеклянные двери бесшумно разошлись.
Арина сделала первый шаг по мрамору самой охраняемой тюрьмы для золотой молодежи континента. Воздух здесь пах озоном, дорогим парфюмом и стерильностью операционной. Никто из этих мальчиков и девочек в идеально скроенной форме еще не знал, что среди них появилась бомба с часовым механизмом, настроенным на уничтожение их отцов.
