Глава 1. Кто будет дедушкиных огурчиков?
Вокзал «Галактический-1» пах озоном, перегретым металлом и почему-то щами из столовой. Иван Петрович сдал свой увесистый багаж в камеру хранения, получив взамен магнитный жетон с выбитой на нём звездой, и неторопливо занял своё место у окна.
За толстым бронестеклом не было привычных пейзажей. Это была не просто чернота, а глубокая, бархатная синева, пронизанная светом далёких галактик. Пространство между ними не было пустым: в нём лениво дрейфовали гигантские светящиеся облака — звёздные ясли, где из гравитационного хаоса рождались новые светила. Их форма постоянно менялась, создавая эфемерные узоры, похожие на амёб или причудливые цветы.
Но если присмотреться ещё внимательнее, становилось видно, как сама ткань реальности на мгновение вспыхивает крошечными искрами — это в вакууме рождались и тут же исчезали пары частиц. Поезду было плевать на эту космическую симфонию; он ждал разрешения на фазовый сдвиг.
Вдоль состава тянулась бесконечная красная ковровая дорожка, местами протёртая до дыр тысячами ног. Вместе с ней фоне квантовые рельсы, уходящие в бесконечную черноту, казались насмешкой над самой идеей порядка. А на информационном табло, похожем на гигантский телевизор «Радуга», бежала строка:
«ГКД — СПАСИБО, ЧТО ВЫБРАЛИ НАС!»
«ЕДИНСТВЕННАЯ В ГАЛАКТИКЕ КОМПАНИЯ, ВЛАДЕЮЩАЯ КВАНТОВОСТРУННЫМИ ПУТЯМИ (МОНОПОЛИСТ)»
Эта убогая, кустарная реклама была единственным якорем, за который мог зацепиться человеческий разум, глядя на бездну за окном. Петрович усмехнулся: знакомая песня.
Он был доволен, ведь цель его поездки полностью оправдалась: внучку Аннушку повидал, разносолы ей передал, на базаре новую квантовую лопату сторговал и даже пакет семян космических кабачков урвал. Теперь домой, на дачу.
Он достал из котомки свежий номер газеты «Правда», развернул его и, бросив на застывший перрон мечтательный взгляд, углубился в чтение.
Поезд мягко качнулся. Вакуумный шлюз вокзала зашипел, отсекая звуки станции. Состав медленно поплыл вдоль перрона, набирая ход для входа в квантовый коридор.
Дверь купе с мягким шипением отъехала в сторону.
Вошёл мужчина. Не вошёл — вплыл, идеально выверяя каждый шаг. Он не обратил на Петровича никакого внимания. Аккуратно, брезгливо подстелив газету (не «Правду», а какую-то глянцевую) на сиденье у двери, он сел напротив, сохраняя спину прямой, как строительный уровень. Достал маленькую тряпочку и принялся методично протирать плечи своего дорогого костюма, смахивая невидимую пыль. Петрович лишь хмыкнул в усы. Чиновник, сразу видно. У него был нюх отточен на бюрократов всех мастей.
